Когда третий контейнер с ядерными боеголовками завис над портом, качаясь из стороны в сторону, то трос вдруг вырвал у контейнера две ручки, и груз повис на одном боку. От ужаса и страха все офицеры застыли на месте, вытаращив глаза. Если не выдержат и эти две ручки, ядерный груз рухнет на бетонную площадку порта, а рядом – три контейнера. От такого удара может сработать ядерная головка, и произойдет атомный взрыв. А следом сдетонируют еще двадцать других головок. Их мощь будет равна сотне атомных бомб, сброшенных на Хиросиму. За считанные секунды от острова Куба ничего не останется. Ракетчикам это было хорошо известно. Лица полковника Петрова, капитана Чумакова и других офицеров стали белыми, как у покойников. От страха им казалось, что их сердца перестали биться. Контейнер еще висел в воздухе, готовый упасть вниз. Видимо, в спешке плохо закрепили ручки контейнеров, – подумал полковник. «Ой, мамочка, что же делать?!» – завопил он. И, придя в себя, Петров крикнул крановщику:
– Умоляю тебя, ничего не трогай!
Майор в будке крана замер, хотя руки и тряслись. Он понимал: любое движение может привести к мировой катастрофе. Миллионы людей погибнут по вине одного человека – из-за него. На лице крановщика выступил пот, всё тело тряслось в ознобе, а безумные глаза застыли на висевшем контейнере.
Внизу, в нервном шоке, Петров закричал:
– Что за уроды собирали этот контейнер?! Я их маму… Что будем делать? Как снять его, ведь он висит на соплях? Тронь – и сорвется вниз…
Когда офицеры начали приходить в себя, то задумались, как снять груз, который висел в десяти метрах над землей.
– Надо что-то мягкое под него подложить, – предложил кто-то.
– Правильно, – крикнул полковник, – давайте, несите сюда все матрасы из трюмов. Если контейнер упадет, то удар будет мягким, хотя нет гарантии, что не рванет.
Человек десять кинулись в трюмы. Матрасы они бросали с борта судна вниз. Другие спешно их складывали под висячим грузом. Вскоре там выросла площадка из слоев полосатых матрасов в два метра. Однако этого было мало, и тогда капитан Лебедев предложил:
– Давайте мы встанем на матрасы и поднимем руки – это еще два метра. Если ящик свалится и придавит нас, то наши тела смягчат удар.
Полковник Петров согласился, сказав:
– Правда, вас покалечит, зато спасете Кубу своими телами.
– Мы – интернационалисты, это наш долг! – кто-то из них крикнул в ответ.
Все встали под грузом и вытянули руки вверх. Хотя полковник и не был верующим, всё же он произнес:
– О Господи, спаси нас! – как учила его бабушка в детстве.
И после крикнул крановщику:
– Володя, опускай контейнер, только, умоляю, медленно, без всякого рывка.
Тот из окошка крана кивнул головой. Когда майор коснулся пальцами рычага, то рука еще тряслась. Сделав три глубоких вздоха, он остановил дыхание и стал тянуть на себя.
Сначала контейнер дрогнул и затем плавно ушел вниз. Офицеры вцепились в него руками и уложили его на матрасы. Петров стал разглядывать место оторванной рукоятки. Оказалось – то ли в спешке, то ли кончились гвозди, – вместо шести гвоздей забили четыре. И тут Петров опять выругался матом в адрес тех, кто сделал такое. А также на своих начальников. И пояснил:
– Мне кажется, там, наверху, не совсем понимают, что такое ядерное оружие. Разве можно вот так, в спешке, перевозить? Наше военное руководство всё еще мыслит по старинке, а ведь с введением атома даже тактика войны изменилась. Какое счастье, что всё обошлось!
Сказав такое сгоряча, полковник вмиг пришел в себя и осознал, что сболтнул лишнее.
– Надеюсь, среди вас нет кэгэбэшников, никто не донесет? Это я сгоряча.
– Бывает, товарищ полковник, ведь мы тоже испытали шок, – согласился Чумаков. – Вы правы, разве можно вот так перевозить атомную бомбу? Да и людей, как скот, загнали в трюмы, так что у некоторых не выдержало сердце.
– Да, жалко умерших ребят, но их к награде представят: медаль или орден дадут. Такая у нас судьба.
Ближе к рассвету все контейнеры погрузили в грузовые машины, ракеты установили на трейлеры и под охраной солдат двинулись в джунгли. Ракетчиков Петрова доставили в бывшие казармы. Это было единственное каменное строение, остальное – палатки. Все контейнеры занесли туда. Но оказалось, что там слишком жарко, и это может привести к взрыву боеголовок. Им нужны были кондиционеры. Об этом Петров сообщил генералу Иванову, а тот связался с Фиделем Кастро. Однако такую технику не сразу нашли. Вернее, кондиционеры имелись лишь у богатых кубинцев, которые еще не успели сбежать из страны. И в тот же день кубинские чекисты стали отбирать у них эту технику для нужд революции.
Утром заседание ЭКСКОМа продолжилось. Спустя два часа президент Кеннеди явился туда. Когда он вошел в малый зал, споры затихли. Все поднялись с мест, и Кеннеди пожал руку политикам. Затем Роберт кратко сообщил главе государства о беседе, и решили продолжить. Но прежде Кеннеди спросил у директора ЦРУ:
– Насколько мне известно, самолеты-разведчики совершили облет Кубы.
– Да, так, и сейчас идет расшифровка снимков. Для этого нужно время.