– Скажи, что в окружении Кеннеди рассматриваются разные варианты решения кризиса. Один из них таков: Советы убирают свои установки на Кубе, а мы забираем свои ракеты из Турции. Но это предложение должно исходить от самих русских.
– А если он спросит, почему не от США?
– Скажи ему, что на президента Кеннеди сильно давят военные, которые хотят войны с СССР. Пусть Хрущёв задумается, насколько серьезная ситуация. Фрэнк, спеши, иначе может начаться война.
Журналист устремился к воротам Белого дома. Оттуда на синем «Шевроле» он помчался в Советское Посольство. Когда вышел из машины, то заметил, как прохожие американцы с ненавистью смотрят на серое здание посольства. «Эти дикие люди хотят уничтожить нашу жизнь!» – вдруг нервно крикнула молодая женщина с коляской и полной сумкой в руке.
Предъявив удостоверение, Фрэнк зашел в посольство. На первом этаже сидели три охранника и блондинка средних лет. Она позвонила Большакову, который занимал должность советника. Через минуту тот появился в холле. Это был высокий брюнет лет сорока. Советский агент сразу догадался, зачем пожаловал известный журналист, который дружил с Робертом Кеннеди.
Олег повел гостя наверх, в свой кабинет. Было заметно, как все сотрудники посольства взволнованы – суетятся из одного кабинета в другой. Когда гость устроился в кресло и Большаков налил ему виски, журналист прямо заявил:
– Олег, опять нужна твоя помощь. Дело срочное. Роберт Кеннеди и его люди считают, что ракеты на Кубе – это своеобразный ответ на создание военной базы США в Турции. Кеннеди и его друзья считают возможным обсудить сделку-компромисс: США ликвидируют свои ракетные базы в Турции, а СССР – на Кубе. Они считают, что условия такой сделки можно обсудить спокойно, без взаимных угроз.
– Я прямо сейчас передам наш разговор в Москву.
На этом они распрощались. Большаков проводил важного гостя до выхода. Затем агент спешно поднялся к себе, за столом написал донесение и текст занес в отдел связи.
– Саша, отправь эту телеграмму в Москву.
Сам агент сел рядом и стал ждать, пока тот зашифрует отправит текст.
Так как Большаков представлял военную разведку, то вскоре его донесение легло на стол Малиновского. Прочитав текст, маршал сразу прибыл в Кремль. В это время Хрущёв гулял под окном своего кабинета между высокими соснами и клумбами свежих цветов, которые доставляли из теплиц. Было прохладно, и генсек был в сером плаще и шляпе. Маршал подошел к нему:
– Здравствуйте, Никита Сергеевич, как ваше самочувствие?
– Плохо, немного тошнит, вот, вышел подышать свежим воздухом. Вчера у Косыгина на дне рождения выпил лишнее. Вот теперь мучаюсь.
– Может, похмелиться надо?
– Об этом я тоже подумал. Ну, что у тебя?
Маршал протянул текст донесения со словами:
– Это наша разведка сообщает.
Хрущёв прочитал, и его лицо повеселело:
– Вот видишь, Родион, я был прав! Нервы у американцев уже сдают, и от страха они ищут к нам путь. Хотят мира и даже сами предлагают сделку. Я же говорил, что этот молодой Кеннеди слабак! Я – опытный психолог и людей чувствую за версту.
– Для нас это хорошие условия, мы их победили.
– Да, так и есть. И все же не будем спешить. Пусть эти капиталисты еще потрясутся перед нами от страха! Еще рано останавливать наши суда. Когда мы приблизимся к линии карантина, они станут еще более сговорчивее. И тогда американцы пойдут на любые наши условия. И мы заставим их убрать из Европы все ракеты.
– Но на это они не пойдут. Может, нам остановиться, уже явно войной пахнет?
– Родион, не волнуйся, у нас еще есть время поторговаться. Пока рано. Когда наши суда дойдут до линии карантина?
– Осталось меньше суток. Какой ответ мне дать Большакову?
– Никакой! Будем молчать. Говорят, у них паника, – засмеялся Хрущёв. – Пусть на всю жизнь запомнят меня и больше не будут кичиться, что они такие богатые, сытые и у них самая мощная армия. Я им покажу «кузькину мать»!
– Разрешите идти?
– Не спеши, давай выпьем вместе за компанию, а то одному скучно.
– Никита Сергеевич, не могу, Вы же знаете: у меня больная печень.
– От стакана водки ничего не будет, даже сами врачи советуют. Пойдем, тем более ты принес хорошую новость. У нас всё идет по плану, как я задумал.
В тот день Зорин – представитель СССР в ООН – собрал в своем кабинете всех послов из социалистических стран: Венгрии, Чехословакии, Польши, Болгарии, Румынии и других стран. Они расселись за большим столом, и Зорин объявил: