— А сейчас оставь нас, будьте любезны, мастер Уиллимс.
— Конечно, Ваше Высочество. — Уиллимс снова поклонился и ушёл, пятясь назад от присутственного места Нармана в соответствии с протоколом.
— Подождите меня в прихожей, Уиллимс, — тихо сказал Шандир, и Уиллимс кивнув, вышел через дверь, которая закрылась позади него.
— И так, Тревис, — сказал Нарман своему кузену. — Что ты говорил?
— Мне просто интересно, почему Хааральд и Волна Грома должны рассказывать всем, что этот персонаж «Мерлин» отправился в особняк Тириена с Серой Гаванью, если на самом деле это было не так?
— Я не знаю, — неохотно признался Нарман, и посмотрел на Шандира. — Хэл?
— Всё, что мы можем делать на данный момент — это гадать, мой князь, — сказал барон. — На первый взгляд, я не могу понять зачем им это нужно. Разве…
— Разве что? — подтолкнул Нарман.
— Мой князь, — медленно сказал Шандир, — это уже не первый раз, когда мы слышим, как кто-то утверждает, что этот человек — сейджин.
— Нет, не первый, — согласился Сосновая Лощина. — Но, конечно, ты не предполагаешь, что он действительно сейджин, Хэл?
— Я не знаю. — Шандир пожал плечами, потому что был расстроен этим незнанием. — Я просто знаю, что, по-видимому, он специализируется в разделывании большого количества людей, работающих на нас. И что уничтожение всей нашей черисийской сети совпадает с его прибытием в Теллесберг. Если вы можете сказать мне, как один человек может убить или вырубить шестнадцать отборных гвардейцев, а также убить или захватить герцога Тириена — не думая в конце концов о том, как он попал в библиотеку — я буду рад услышать это. На данный момент это звучит для меня как все плохие баллады о сейджинах, которые я слышал.
— В его словах есть смысл, Тревис, — сказал Нарман. — Но есть, также, ещё один момент, который меня интересует.
Оба его дворянина посмотрели на него, и он пожал плечами.
— Уиллимс выполнил свои приказы и убил Лаханга, прежде чем его взяли под стражу, правильно? — Остальные кивнули, а он фыркнул. — В таком случае, откуда они получили информацию, которую они, очевидно, должны были иметь, чтобы Волна Грома полностью уничтожил нашу агентурную сеть?
— Этот момент приходил мне в голову, мой князь, — сказал Шандир. — Я знаю, что сначала мы предполагали, что они, должно быть, начали с Лаханга — или с Тириена и Лахангом — и прошлись по цепочке после того, как раскололи одного из них. Основываясь на том, что мы знаем на текущий момент, возможно, что они заключили герцога в тюрьму, но он не должен был знать достаточно, чтобы они идентифицировали так много других наших агентов.
— Значит они уже идентифицировали Лаханга, — предположил Сосновая Лощина. — Если бы они уже наблюдали за ним, они могли бы идентифицировать, по крайней мере, и некоторых из его людей. И если что-то — вроде того убийцы, которого они захватили живым — подтолкнуло их начать разнюхивать вокруг герцога, то, когда Уиллимс выполнил свои инструкции по устранению Лаханга, они, вероятно, начали хватать всех, кого они уже знали, и чертовски серьёзно их допрашивать. Если это так, то каждый, кого они сломали, мог привести их к другим, пока весь клубок не распутался.
— Это, безусловно, одна из возможных версий, — признал Шандир. — Конечно, у нас здесь нет никакого способа выяснить, что на самом деле там произошло, и нам потребуется время, чтобы даже начать восстанавливаться в Черис. Тем не менее, я думаю, нам нужно внимательно следить за этим их «Мерлином». Сейджин он в действительности или нет, но похоже, что-то начинает происходить, когда он поблизости. Что подсказывает мне, мой князь, — холодно улыбнулся барон, — что мы, возможно, захотим подумать о том, чтобы он не крутился поблизости слишком долго.
— Я по-прежнему думаю, что ты недостаточно потеешь, Мерлин.
Мерлин приоткрыл одно веко и взглянул на Кайлеба.
Нимуэ Албан пришла из культуры — и генетического наследия — которая тщательно осмыслила опасности рака кожи и преимущества солнцезащитных кремов. А Кайлеб — нет. Он чрезвычайно любил загорать, и у Мерлина не было хорошего способа объяснить ему недостатки облучения эпидермиса солнечным светом. Не мог же Мерлин отказаться от чести, а это была настоящая честь, быть приглашённым разделить солнечную ванну с кронпринцем королевства.
К счастью, он мог регулировать окраску кожи по собственному усмотрению, что означало, что его собственный цвет лица стал таким же бронзовым как у Кайлеба. И ещё он потратил некоторое время на само-программирование после той… захватывающей игры в регби и отключил определённые функции. Как результат, та конкретная проблема больше не повторялась, хотя Мерлин был вынужден отметить — очень конфиденциально — что Кайлеб Армак был необыкновенно привлекательным молодым человеком.
— А я продолжаю говорить, что некоторым из нас не надо так много потеть, как другим, — ответил он, и Кайлеб усмехнулся.
