— Дамы и господа, я рад приветствовать в своем доме прелестную госпожу Нини, чей незабываемый голос снискал ей славу величайшей певицы нашего времени, — градоначальник поклонился в стороны дамы в черном. — Я бесконечно счастлив, что она согласилась дать несколько концертов в нашем славном городе. И сегодня, сейчас, мы все с вами сможем насладиться ее чудным пением.
Градоначальник торжественно подвел певицу к роялю, а сам с женой устроился в первом ряду. Дива кивнула юноше, грянули аккорды и выступление началось.
Первые три арии я просто наслаждалась музыкой. У певицы оказался красивый голос с широким диапазоном, который она мастерски демонстрировала. На четвертом произведении я чуть подустала от прекрасного и переключила внимание на зал. Кто˗то слушает с восторгом, кто˗то восторг изображает, кто˗то откровенно скучает. Полноватый мужчина с венчиком волос вокруг лысины в третьем ряду уже спит, и, кажется, вот˗вот начнет похрапывать в такт мелодии. Повернулась к Иверу, чтобы указать на забавную ситуацию, и обнаружила, что он откинулся на спинку стула, прикрыл глаза и с одухотворенным лицом… спит. Вот зараза!
Концерт длился чуть больше часа. На последних аккордах, когда все захлопали и раздались крики: "Браво! Браво!", Ивер проснулся и как ни в чем не бывало захлопал, будто тоже получил удовольствие от пения. Хотя, может и получил, хорошо выспаться, чем не удовольствие.
После концерта гостей вновь проводили в главный зал, где вдоль стен уже стояли накрытые столы с легкими закусками и напитками. Ивер мужественно нырнул в обступившую столы толпу и вынырнул с полной тарелкой закусок, вручил ее мне и нырнул снова. Вновь появился с двумя бокалами вина, и с улыбкой победителя подошел ко мне.
— Вы мой герой, — поблагодарила я от чистого сердца, есть уже хотелось, а толкаться у столов нет.
Ивер довольно улыбнулся и повел меня к нише с диванчиком, где мы честно поделили добытое.
Между тем вечер продолжался. Через некоторое время певица вышла к гостям, ее сразу окружили восхищенные поклонники. Трио местных музыкантов наигрывало легкие мелодии, но, несмотря на сожаления молодежи, танцы сегодня не были запланированы.
Гости перемещались по залам, обсуждали новости, завязывали полезные знакомства. В одной из комнат были установлены столы для карточных игр, в другой диванчики для отдыха дам, где они могут перемыть косточки мужчинам в чисто женской компании. А где˗то в глубине дома должна быть «курительная», где мужчины отдыхают от общества жен и сплетничают о любовницах.
Мы с Ивером тоже неторопливо двинулись в обход залов, переходя от одной группы людей к другой. Ивер здоровался со знакомыми, представлял меня, перекидывался парой фраз, и мы шли дальше. Я вежливо улыбалась, стараясь запомнить скорее статус человека и его отношения с графом, чем имена.
В какой˗то момент он увидел нужного знакомого и, извинившись, отошел переговорить о делах. Я осталась стоять одна, чем сразу же воспользовалась группа молодых девушек, до этого ревниво следивших за нами издалека. Первой шествовала уже знакомая мне Калерия Саварели, за ней три девушки, которых я знала по рассказам Ланы и наблюдениям на набережной. Похоже, это и есть самые горячие поклонницы графа Витура, от которых я должна защищать его своей грудью. Я опустила глаза на орудие защиты и осталась довольна, грудь у меня может и небольшая, но формы приятной.
Девушки встали недалеко от меня и начали разговор между собой, но явно предназначенный для моих ушей.
— Что за манера, приводить в приличное общество своих содержанок, — начала разговор одна.
— Ах, не суди его строго, от некоторых девиц так трудно избавиться. Так и норовят повиснуть на шее у мужчины, — вторая так точно повторила сказанную Ивером фразу, что я с трудом сохранила невозмутимое выражение лица.
— Барон Зинри слишком добр, что пускает в свой дом всякий сброд.
— Еще и совершенно без вкуса. Вот, посмотрите, стоит одна рядом. Где только она нашла это ужасное платье? Наверное, сняла со своей служанки, — проговорила третья, одетая в платье, обильно украшенное рюшами и бантиками.
— Дорогая, будь снисходительнее, откуда у нищей содержанки приличное платье, не говоря уж об украшениях.
Я представила, что именно эту девицу Ивер пихает в карету, подталкивая в мягкое место, и спрятала улыбку за веером. Мой смешок, однако, заметили и распалились еще больше. В этот момент мимо нас проходил слуга, разносящий напитки. Девушка, говорившая про сброд, сняла с подноса бокал с вином, сделала шаг в сторону, будто бы споткнулась и вылила всю бордовую жидкость на меня.
— Ах, простите, я право не знаю, как так получилось, — пропела она.
— Не стоит так увлекаться вином, — улыбнулась я ласковой улыбкой людоеда. — А то, кто же вас, такую неловкую, замуж возьмет.
