Этот мой приезд в Актин был совсем другим. Путь до Актина через порталы занял три дня. Мы въехали в город в удобной карете, под охраной, уютный дом на тихой улице уже ждал нас. Выбором дома и временной прислуги занимался Бран, уехавший на неделю раньше. Я же заставила себя расслабиться и просто предвкушать приятный отдых.
Несмотря на самое начало лета, в Актине царила удушающая жара. Сверху пекло солнце, жар шел от раскаленной мостовой и стен домов. Город пах горячим камнем и нагретой хвоей. На прогулках зонтик от солнца стал не модным аксессуаром, а необходимостью. Нам, жителям лесистого востока, такая жара была непривычна. Даже госпожа Дугел согласилась сменить свои темные вдовьи платья на более светлые и легкие. Срок обязательного траура у нее давно прошел, но мне никак не удавалось уговорить ее переодеться, но сейчас погода была со мной заодно.
Первые пару дней мы прятались в тени сада, разбитого за домом, не рискуя выходить на солнцепек. Но постепенно привыкли и начали отправляться на длительные прогулки, одни или с семейством Грэим. Тяжелее всех жару переносила пожилая няня, и частенько на прогулках для присмотра за Мэйси ее заменяла молоденькая горничная из местных.
Легче всего дышалось возле моря, здесь влажный прохладный бриз смягчал сухой нагретый воздух и напитывал его запахами соли и водорослей. Здесь, на набережной, Неилина объяснила мне свое неожиданное приглашение. С ней случилась та же история, что и со мной позапрошлой зимой, по официальной версии, конечно. Девушка безответно влюбилась в молодого человека, но он выбрал другую, уже объявлено об их помолвке. Неилина стала плохо спать, потеряла аппетит. Родители, не знающие истинную причину, но обеспокоенные состоянием дочери, по совету врача решили вывезти ее на море. А сама Неилина захотела видеть рядом меня в качестве наперсницы, которой она может изливать душу, не опасаясь разглашения или насмешки.
Так что для меня эти прогулки проходили не так уж весело. Жизнерадостная хохотушка Неилина ходила похожая на тень самой себя, тихая и меланхоличная. Приходилось прикладывать много усилий, чтобы хоть как˗то расшевелить ее. Но доктор был прав. Там, где плохо действовали слова, вступали в дело солнце, море и долгие прогулки пешком. Для меланхолии больше подходят осень и дожди, уютный плед и огонь в камине. Среди бликов солнца и буйства цветов грустить сложно. Уже через неделю Неилина, если и не стала собой прежней, то посвежела, и начала снова интересоваться окружающим миром.
Ивер
Матушка выходит замуж. Жених — виконт Стиан Руэрин, сотрудник департамента внешних связей. Он совсем не похож на моего отца. Невысокий, совсем немного выше своей невесты, чуть пухловат, лет на десять ее моложе. Но он с таким обожанием смотрит на матушку, так трогательно старается предугадать все ее желания. А она светиться от счастья, теряет рядом с ним всю свою аристократическую холодность и выглядит сущей девчонкой.
Я знаю, что брак матери с моим отцом был договорным и строился скорее на взаимном уважении, чем на любви. Может именно вот такого восхищения и нежной заботы ей и не хватало всю жизнь.
Так что искренне радуюсь за новобрачных, желаю им счастья и побольше детей. На что матушка смущается и грозит мне пальцем. Хотя я совершенно серьезен, пятьдесят лет для магов — это еще молодость.
А вот Деяна выглядит растерянной. Всю свадьбу молчит и держится особняком. Ее привычный мир рухнул. Матушка учила ее, что главное в жизни — это фамильная честь и долг, что мужа надо выбирать не сердцем, а умом. А сама выходит замуж за менее родовитого, менее богатого, не слишком красивого, но выглядит при этом до неприличия счастливой. Есть над чем задуматься.
— Может, поедешь со мной в поместье? Поживешь лето там? — предложил я сестре, полагая, что в доме отчима она будет чувствовать себя не слишком комфортно, а в нашем особняке матушка ее одну жить не оставит.
Но Деяна только наморщила нос, вот еще, ехать в деревню, когда все подруги у нее здесь, в столице. Я же не собирался задерживаться в городе, начало лета хлопотное время для любого владельца земель. Но мои планы снова нарушила матушка, пригласив на разговор.
— Большинство подруг Деяны на лето едут в Актин, в этом году это модно. Но милорд Руерин, — матушка слегка зарумянилась, — из˗за дел на службе не может сейчас уехать из Гвереры.
— А вы не можете оставить молодого супруга, — понятливо кивнул я. — Но Деяна уже не ребенок, наймите ей компаньонку, да и родители подруг присмотрят.
— Виконтесса Витур не может жить у чужих людей! — строго припечатала матушка, а потом виновато вздохнула. — Деяна еще слишком молода и легкомысленна, чтобы жить одна. Компаньонку я уже нашла, но ты должен поехать с ними и присмотреть за сестрой.
Я был бы рад возразить, но прекрасно понимал ее беспокойство, и сам не смог бы отпустить Деяну без присмотра.
Так, год спустя, я снова приехал в Актин.
Я собиралась на очередную прогулку с семьей Греим, когда ко мне подошел Бран:
