Противник, находясь на чужой земле, всегда мог ожидать ударов наших войск, и особенно теперь, когда инициатива на всех фронтах полностью перешла в руки советского командования. А на нашем фронте с 28 августа началось активное методическое подавление огневых средств противника артиллерией крупного калибра — 152 и 203 мм. Все это, конечно, настораживало противника. И все же опыт войны говорит, что и в таких условиях удар наступающей стороны даже для опытного и настороженного врага может оказаться неожиданным, внезапным. И чтобы добиться этого важного для нас преимущества, необходимо сохранить в строжайшей тайне проведение всех подготовленных мероприятий операции. О плане операции знал до предела ограниченный круг людей. Все вопросы решались только при личном общении с теми начальниками, которые могли их решить. Принимался и ряд других мер маскировки. Так, все перегруппировки войск проводились только в ночное время и с таким расчетом, чтобы к утру все было замаскировано.
Когда к нам дошли разведданные о том, что в районе порта и города немцы по ночам стали интенсивно вести строительство новых оборонительных сооружений, это озадачило нас. Можно было предполагать, что противник что-то знает о готовящемся нашем наступлении именно на город. Вот тогда возникла мысль дезинформировать его. Для этого штаб фронта издал специальную (ложную) директиву, в которой указывалось, что целью наших наступательных действий является расширение плацдарма на Мысхако, в районе Южной Озерейки. Думается, что этим мероприятием штаба фронта противник действительно был введен в заблуждение. В журнале боевых действий группы армий «А» 24 августа 1943 года указывалось, что следует ожидать десантную операцию в бухте Озерейка одновременно с наступлением с суши.
Директивы, планы — это бумага, в которую вложен ум многих военных специалистов. Но каждому понятно, что успех операции обеспечивают люди, составляющие полки, батальоны, роты, взводы. Чтобы достичь победы с меньшей кровью, одной ненависти к врагу, которой горел каждый воин, все же мало. Нужны знания, умение, воинское мастерство.
Все тщательно готовились к прорыву Голубой линии. Стрелки учились штурмовать опорные пункты, блокировать доты и дзоты, подбивать танки гранатами, поджигать их бутылками с горючей смесью, вести ближний бой, преодолевать минные поля и проволочные заграждения, взаимодействовать с артиллеристами и минометчиками, осваивали особенности действий в населенных пунктах и в горной местности. Бить врага как можно лучше учились артиллеристы и минометчики, танкисты и саперы. А десантники тренировались на земле и на воде. Они вели «бой» за высадку на берег, за захват первых метров суши, за завоевание и удержание плацдарма. Очень хорошей школой для всех являлось осмысленное применение опыта предыдущих боев. Бывалые солдаты, командиры, политработники рассказывали и показывали молодым воинам, как им удавалось подбить танк, обойти противника, сделать внезапный налет, отразить контратаку, и многое другое. Но с особым, захватывающим интересом все слушали разведчиков.
Командующий фронтом И. Е. Петров часто выезжал в войска проверять ход боевой учебы. Приходилось вместе с ним бывать в частях и мне. Встречаясь с командирами, он заслушивал их решения, интересовался организацией взаимодействия между родами войск и соседями. Командующий избегал резкой критики решений и предложений, считая, что в каждом из них что-то важное, в силу чего командир действует именно так, а не иначе, есть и смелость, и риск. А если поправлял, советовал, то делал это тактично, мягко, доброжелательно. Часто говорил: начался бой — не ждите указаний сверху, вы, мол, ближе всех к врагу, и вам он виднее, поэтому принимайте решения сами, а непредвиденные трудности и разные неожиданности будут в любом бою.
Находил Иван Ефимович особые слова и для десантников. Он наставлял матросов:
— Имейте в виду, что ваше появление с моря, да еще ночью, всегда будет полной неожиданностью для врага. А когда противник в растерянности, надо не дать ему опомниться, добить его. Тут быстрота и смелость в действиях — главное для победы. Знайте и то, что с выходом на берег в условиях ночи каждое маленькое подразделение, даже группа десантников, может оказаться самостоятельным боевым организмом, решающим большую задачу. Там каждая горстка бойцов — это рота, а взвод — целый батальон. А может случиться и так, что десантник сам себе будет генералом.
Добрые мысли, советы и поучения Ивана Ефимовича передавались воинами из уст в уста. Красота души этого человека была известна всем, и каждый чувствовал его душевное расположение к людям, глубокую заинтересованность в их судьбе. За храбрость, за заботу о людях, за простоту и человечность солдаты и все мы любили генерала, как родного человека.
