Позвонил командарм Леселидзе и доложил, что у Владимирского никаких изменений в плане не предвидится, поэтому он даст приказ о начале артподготовки в назначенный срок.
Вдруг неожиданно на низкой высоте над Цемесской бухтой прошла еще одна группа наших ночных бомбардировщиков, и вскоре в районах севернее и юго-западнее Новороссийска мы увидели огненные вспышки и услышали громовые раскаты — это ночники бомбили артиллерийские позиции врага. Удары их по времени выходили из графика. Оказалось, что распоряжение об изменении времени «Ч» до командира бомбардировочного полка Е. Д. Бершанской дошло с опозданием, когда самолеты взлетели. Но это нас не смутило, так как такие ночные налеты наши бомбардировщики совершали часто, поэтому секрета о начале операции врагу не открывали.
И вот земля вздрогнула. Это 800 орудий и минометов, не считая нескольких сот минометов калибра 82 мм, открыли ураганный огонь. Весь небосвод и горы у Новороссийска озарились на 18-километровом фронте. Потом до нашего слуха докатились далекие и глухие разрывы тысяч снарядов и мин. Началось!
А вскоре ночную темноту прорезали огненные стрелы реактивных снарядов. Это грянул первый залп 228 установок «катюш». И на переднем крае врага с новой силой полыхнула огненная буря. Гвардейские минометы били по вражеским объектам на участке прорыва восточной группы 18-й армии, особенно по позициям к востоку и северу от Новороссийска. Бывалые солдаты такие удары «катюш» называли концертом для гитлеровцев. На душе было радостно.
Потом волнами снова пошли ночные бомбардировщики 4-й воздушной армии и Черноморского флота. Шум моторов отвлекал внимание противника от берега, к которому приближались наши десантники. Бомбардировщики били по артиллерийским позициям, командным пунктам, по скоплениям войск.
А около 03.00 засверкали новые молнии на воде и послышались особо сильные громовые раскаты. Это группа катеров ударила торпедами по боносетевым заграждениям на воде, закрывавшим вход в порт, чтобы проделать проходы для кораблей и судов с десантом.
Огненный смерч и гром перекатывался над Новороссийском, над морем, над горами, и казалось, будто он совсем рядом с нами. Всю эту огненную картину слившихся вспышек, дугой опоясавших бухту и выхвативших из темноты порт и город, было хорошо видно с НП на горе Дооб.
Вскоре командир бригады катеров капитан 2 ранга В. Т. Проценко дал сигнал: «Проход в порт открыт». Тут же вперед рванулисъ торпедные катера группы атаки, возглавляемые капитан-лейтенантом А. Ф. Африкановым, капитаном 3 ранга Г. Д. Дьяченко, и ударили торпедами по дотам и дзотам, самым близким к воде и самым опасным для первого броска десанта.
В течение 16 минут огневой подготовки было выпущено 35 тысяч артиллерийских снарядов и мин. А прибавьте к этому тысячи бомб, удары «катюш» и торпед — и вы представите весь этот ад.
Потом огневой вал был перенесен на некоторую глубину, и тут же к западному берегу Цемесской бухты и непосредственно в порт устремились катера со штурмовыми группами двух левофланговых десантных отрядов, а к северо-восточному берегу бухты — отряд правого десанта. Они на полном ходу подходили к берегу, к стенкам причалов, и на трех небольших участках Цемесской бухты начиналась высадка штурмовых отрядов. Одним удавалось спрыгнуть прямо на берег, другие бросались за борт в воду. Налетавшие волны накрывали бойцов с головой, сваливали их, но они выходили на берег и тут же рвались вперед, навстречу врагу, ведя пока бесприцельный огонь из автоматов. Вскоре десантники дошли до первых траншей и столкнулись в упор с гитлеровцами, которые еще не разобрались, что происходит. Некоторые из них пытались бежать, большинство же вступили в бой.
Завязалась кровавая схватка. Наши воины накрывали фашистов огнем из автоматов, уничтожали гранатами, били прикладами.
Враг все еще не открывал артиллерийского огня. Значит, для него наши первые удары были внезапными, он не ожидал такой дерзости и потому не в состоянии был немедленно оказать противодействие первым штурмовым отрядам. Но вот застрочили отдельные вражеские пулеметы, над берегом повисли осветительные ракеты, а по водной поверхности в поисках кораблей метнулись лучи прожекторов. Вскоре ударили и артиллерийские батареи. Но поскольку немцы ждали атак наших войск только на суше, то именно по сухопутным участкам и начала бить их артиллерия. Значит, с десантом они все еще не разобрались. Да и момент был ими упущен. Первые штурмовые группы наших десантников уже смогли высадиться и захватить берег.
