– Значит, что-то мы да сделали правильно. – Она поставила бокал на стол. – Это плавно подводит нас к вопросу, который, как я надеялась, ты захочешь обсудить. Но поскольку ты этого не сделала, я не буду вести себя как медведь в улье. И надеюсь, что никто не укусит меня за нос. Милая, так очаровательно наблюдать, как вы с Ноем думаете, что держите отношения в секрете.
– Я…
– И я понимаю, почему ты пытаешься сохранить их в тайне, – хотя, ради всего святого, Кэти, это же театр. Мы любим посплетничать, но еще больше любим секс и драмы.
Беспокойство по поводу того, что может произойти, сменилось облегчением от того, что тайна раскрыта.
– Я не знала, как ты отреагируешь.
– Значит, я сделала что-то не так, раз ты боишься обсуждать со мной все на свете.
– Я не боюсь. Мне жаль. Это нечестно. По большей части это было мое решение. Было так здорово, невероятно здорово не беспокоиться о том, что люди могут прочитать обо мне, услышать или рассказать. Она так увлечена своей помолвкой, грандиозными свадебными планами, и теперь для привлечения прессы ей больше не нужна я, а я и сама никому ничего не хочу рассказывать. Я рассказала только Дарли, и еще Мэллори в курсе. И соседи Ноя по квартире. Я хотела рассказать тебе, много раз, но… не знала как.
– Неплохо для начала, и, черт возьми, я нарушу свое собственное правило и выпью второй бокал вина. Присоединяйся. Есть повод.
Прежде чем Лили успела встать, чтобы взять бутылку, Кейт вскочила и принесла из кухни вино и еще один бокал.
– Получается, я теперь еще и спаиваю тебя?
Лили похлопала ее по руке.
– Ты даешь мне повод себя побаловать. Этот милый кулон – его подарок?
– На день рождения.
– Он зарабатывает очки. Это продуманный подарок. Я хочу знать, ведет ли он себя мило и заботливо в обычные дни.
– Да. Он всегда провожает меня до такси, ждет, пока я уеду, и просит написать ему, когда я доберусь до дома. Он умеет слушать, внимательный. Он вновь привел меня в танцевальный класс, и я даже не представляла, как сильно скучала по танцам, пока не начала заниматься ими снова. Он никому не рассказывал, потому что я его попросила.
– Я навела о нем справки. Это не столько моя привилегия… – быстро добавила она, заметив, что Кейт собирается что-то сказать, – сколько обязанность. Так что я знаю, что он не пьет и не употребляет наркотики, потому что серьезно относится к своей работе. Он происходит из интересной семьи, а мы, южные красавицы, это ценим. Он много работает, да я и сама это вижу. И он хорош, он чертовски хорош. Он может далеко пойти.
У Кейт в душе все озарилось светом – светом одобрения от самой важной женщины в своей жизни.
– Он любит театр.
– Это заметно. Теперь о главном. Вы осторожны?
– Да. Клянусь.
– Хорошо, тогда настало ему время подходить к двери, вместо того чтобы ты выходила к нему. Я ничего не говорила Хью или твоему отцу и не скажу – это твое право. И я понимаю, почему ты не хочешь ставить прессу в известность… – Она наклонилась и взяла Кейт за руку. – Но рано или поздно эта история всплывет на поверхность. Вы оба должны быть готовы к этому.
– Я поговорю с ним.
– Хорошо. Когда ты снова с ним увидишься?
– Я собиралась встретиться с завтра после репетиции, и… – Она заметила вскинутые брови. – Я попрошу его подойти к двери.
Кейт восхищало, как легко Лили и Ной нашли общий язык. Да и что может быть лучше того, чтобы сидеть и слушать, как два любимых человека травят театральные байки?
Когда Лили настояла, чтобы он пришел на ужин, Ной принес цветы для них обеих. И это во многом все решило.
Ей чуть ли не до боли не хватало их обоих во время выездных спектаклей: в Сан-Франциско и Чикаго.
Но она понимала, что им обоим нужно сосредоточиться. И это дало ей несколько дней для понимания, как справляться с самостоятельной жизнью.
Впервые в жизни, подумала она, стоя на террасе в тяжелом от ароматов воздухе с коробкой китайской еды навынос. Ни беспокойства, ни кошмаров, только повседневные заботы. Долгие ежедневные прогулки и йога. Уроки танцев, хотя после них она еще сильнее скучала по Ною. Послеобеденная подготовка к курсам, которые начнутся через несколько недель.
Две неудачные попытки написать сценарий, настолько неудачные, что она выбросила все в мусорку. Она решила, что все равно пойдет на этот курс, но у нее осталось ощущение, что писательство в ее таланты не входит.
И ничего страшного. Зачерпнув лапшу, она подошла к полированной бетонной стене и посмотрела на шумный мир внизу. В конце концов она найдет себе место. В этом оживленном мире или где-то еще. Но сейчас это тихое время, эта передышка, когда она может оставаться никем не узнанной, пройти мимо газетного киоска и не увидеть своих фотографий или кричащего заголовка со своим именем – это все, что ей нужно.
В детстве она нашла все это в Ирландии. А сейчас – в Нью-Йорке, и, поскольку она уже не ребенок, это время она использует для поиска и развития талантов.
Возможно, стоит пойти на курсы фотографии, или в студию рисования, или, или, или, или —
