Она прошла через несколько живых изгородей, которые образовали туннель над головой, в изгородь были вплетены гирлянды, а в самой середине тоннеля обнаружилось послание, написанное на листе бумаги, стилизованной под средневековье. Дети наверняка в восторге от такого приключения!
Два пони возле мельницы подняли головы и с любопытством уставились на Николетту, не переставая жевать сено. Она наклонилась, сорвала немного зеленой травы, сочной и яркой, хорошо увлажненной недавним снегом, протянула одной из лошадок. Та с удовольствием приняла подношение, А Николетта неловко подняла руку и погладила пони по шее. Скоро семьдесят, а она, как ребенок, радуется таким простым вещам. Николетта даже покраснела, но тут же вздрогнула от мужского окрика.
— Эй, синьора, не кормите их сахаром!
— Нет, только травой! — Николетта направилась по тропе к крепкому мужчине с лохматыми волосами и густой неряшливой бородой, похожему скорее на фермера, чем на художника.
Проигнорировав ее приветствие, он недружелюбно буркнул: — Чего вы хотите?
— Мне сказали, что можно посмотреть ваши картины.
— Пошли. — Сказав это, он направился к невысокому зданию у мельницы.
Во дворе разбросаны игрушки, сразу ясно, что тут живут дети. А из распахнутых дверей доносится восхитительный аромат еды.
— Вы печете хлеб?
— Печем.
— Здесь нет уличной печи?
Во многих деревнях, особенно в горах, на главной площади сохранились каменные печи, в которых по воскресеньями все семьи по очереди пекли хлеб. Эта традиция никуда не делась, правда, хлеб пекли теперь только во время праздников. Но на многих фермах использовали собственные уличные печи.
— Мы думаем построить ее, но сейчас используем небольшую печь рядом с кухонной плитой.
— Вы не из наших краев?
— Нет, мы с женой приехали сюда из Абруццо. Здесь красивые места для вдохновения, дешевая еда, а летом достаточно туристов, чтобы можно было продавать картины. Вас интересуют именно картины или фотографии?
— И то и другое, если это возможно.
— Они находятся в разных мастерских, моя жена фотограф, я художник. Мужчина открыл дверь в совершенно белую комнату. Потолок был не особенно высоким, но на стенах достаточно места для картин. Прежде, чем впустить ее внутрь, мужчина указал на противоположное крыло фермы.
— Я оставлю эту дверь открытой, если вы захотите что-нибудь купить, рядом с главным входом есть звонок. Мне нужно закончить готовить.
Удивительно, что хозяин сподобился на объяснения. Похоже, он еще больший интроверт, чем она сама. Настоящий бирюк, persona burbera! Как же они тут туристов встречают и проводят детскую охоту за сокровищем? Нормальный итальянский художник давно бы заговорил ее до смерти! Да и не отошел, пока она что-нибудь не купит. Правду говорят, что все они дикие в Абруццо, все разбойники.
С другой стороны на стенах висели неплохие картины. Частенько на юге снимают этикетки «сделано в Китае» и выдают безделушки и красивые картинки за свои поделки, а туристы радостно их покупают. Но здесь сразу заметно, что работы аутентичные, написаны одной рукой.
— Но я бы все равно ничего не купила, — вздохнула Николетта, глядя на ценники на небольших картинах.
Она вышла из первой галереи и вошла во вторую. Комната была такой же, как и первая, но на стенах только фотографии, да какие! Мягкий свет, утонченность придавали знакомым пейзажам совсем другие черты. У женщины настоящий талант, и как же эта нежность контрастирует с манерами ее мужа…
Мужчина ясно дал понять, что следует звонить в колокольчик только для того, чтобы сделать покупку. Но когда Николетта снова оказалась во дворе, то направилась прямо к главной двери и агрессивно позвонила в колокольчик.
Хозяин не сказал ни слова, даже не спросил, понравилось ли ей хоть что-нибудь. Он просто стоял и ждал, когда она объяснит, зачем его побеспокоила.
Николетта решила говорить прямо.
— Я хочу задать вам несколько вопросов. Я буду максимально краткой. Странная череда обстоятельств привела к тому, что я обнаружила труп Аннеке Молен из Дании. Вы слышали об этом?
Мужчина кивнул. Даже он уже был в курсе.
Николетта продолжила, врала и не краснела:
— Карабинеры упомянули, что в последний день, когда Аннеке видели живой, она занималась поиском сокровищ в этом районе, и вы ее видели.
Мужчина не пошевелился, его лицо оставалось бесстрастным. Следовало задать вопрос более конкретно.
— Что она рассказала вам о своих находках?
Прямой вопрос обеспечил прямой ответ.
— Я видел ее два дня подряд. В первый раз мы не разговаривали, она была с другой стороны мельницы. На следующий день я снова ее увидел, почти в том же месте. Я был со своей собакой, спросил, нашла ли она что-нибудь…
— Вы спросили ее? — Удивилась Николетта. Он способен заговорить первым?
— Да. Я наблюдал за ней некоторое время, и заметил, что металлоискатель был в бешенстве. Казалось, она находила одну вещь за другой без остановки. Она очищала землю от каждой находки, клала ее в маленький мешочек. Затем переходила к следующей. Одна за другой, такого я никогда не видел.
— Так вот почему вы с ней заговорили?
