— Да. Она испугалась, в своих наушниках она не слышала, как я подошел. Но потом сказала, что нашла несколько старых пуговиц и ничего больше. Она показала мне коробку, полную пуговиц, все сгнившие, без какого-либо различимого узора. Они могли быть древними или современными, но даже антиквариат в таком состоянии не имел бы большой ценности.
— Но вы упомянули мешочек, а не коробку.
Впервые мужчина улыбнулся ей. — Точно подмечено! Я уверен, что она использовала мешочек для своих находок, но все, что она мне показала, это коробка, полная бесполезных пуговиц.
— И что вы сделали?
— Я сообщил ей, что клады в Италии принадлежат государству. И упомянул, что ей положен процент от стоимости находки. Только порой выплат приходится ждать года три, не меньше.
— И что она сказала?
— Она покачала головой и сказала, что это не стоит хлопот, и что она намерена оставить пуговицы там, где их нашла. Она предложила отдать их мне.
— Вы согласились?
— Конечно, нет.
— Вы не охотник за сокровищами?
— Я? Нет.
— Но вы хорошо информированы.
Он усмехнулся, и грубое лицо смягчилось, стало немного озорным.
— В школе моих детей брали на раскопки и учили важности возвращения древностей государству.
— Так они научили нас раздельному сбору мусора. — Рассмеялась Николетта. — Он никак не приживался в деревне, но об этом стали рассказывать в школе, дети приходили домой и говорили с родителями, тем не хотелось выглядеть плохо в глазах детей. Таким образом можно научить чему угодно.
— Погодите…
Мужчина исчез внутри, но через несколько мгновений появился в сопровождении блондинки с алебастровой кожей и серьезным выражением лица.
— Элена. — Представилась женщина. — Раз уж вы добрались до нас, может, мы вместе пообедаем? Правда сегодня у нас только бульон с каппеллетти и хлеб. Боюсь, ни лазаньи, на пасты.
Они вошли в гостиную, где было очень жарко по сравнению с холодным горным воздухом на улице. В центре стояла рождественская ель, украшенная золотыми шарами и свечами. Трое детей, примерно от шести до десяти лет, поздоровались и тут же убежали.
Николетта удивилась, что свечи на ели были настоящими.
— Мы зажигаем свечи только вечером и по выходным, — объяснила Элена, — чтобы не оставлять без присмотра.
Макая еще горячий хлеб в оливковое масло и вылавливая крошечные каппеллетти из ароматного бульона, Николетта почувствовала, как голодна, прогулка разбудила зверский аппетит.
— Вы случайно не знаете Стеллу из антикварного магазина?
— Конечно, знаем. Она берет у нас работы на продажу и раз в месяц мы заходим, чтобы получить деньги.
— Как вы думаете, могла датчанка предложить ей свои находки? Вы рассказали о мешочке, могла она ценные находки спрятать там и не показать вам?
Супруги переглянулись.
— Могла, наверное. Она точно что-то нашла. Знаете, она вела себя как охотник за трюфелями.
— В каком смысле?
— Когда к охотнику подходит турист или просто любопытствующий, он показывает всякую мелочь, чтобы не привлекать внимания к своему участку и чтобы люди не начали искать там сами.
Николетта прекрасно понимала, что ее ждет совсем не радушный прием. Но она должна была поделиться новостями с маршалом Брандолини, а главное — узнать новости о расследовании.
Карабинер покачал головой, увидев ее в дверях своего кабинета.
— Вы уверены, что датская девушка нашла что-то стоящее?
— Согласитесь, что это единственный мотив для убийства. Она была иностранкой, а значит, услышь она что-то, вряд ли поняла бы настолько, чтобы стать опасной. И не могла оказаться свидетелем чего-то преступного, вы лучше меня знаете, что два года назад никаких преступлений в наших краях не совершалось.
— Что вы преподавали в школе, синьора? Вы рассуждаете логично, должен это признать.
— Значит, надо искать того, кому датчанка могла предложить находку. — Покраснела Николетта.
— Поверьте, мы займемся этим, синьора.
— А Микеле? Вы предъявили ему обвинение?
— Он задержан, но серьезных улик пока нет, даже его машину не видели на улице в тот вечер. Если мы найдем его ДНК на теле Билильды… Бритни — пояснил он, увидев удивление на лице Николетты, никак она не могла запомнить, что хозяйку фитнес клуба звали совсем по-другому. — Так вот, если там и есть его ДНК, то это легко объясняется, они супруги. Отпечатков на ноже нет.
— А можно… можно мне фотографию ножа?
— Зачем она вам, синьора? Вы же обещали…
— Я просто поспрашиваю в деревне. Иногда люди неожиданно вспоминают какие-то вещи, когда они расслаблены. А допрос карабинеров заставляет нервничать и тогда все вылетает из головы.
— Вы тоже забыли мне рассказать что-то важное? — Ухмыльнулся Брандолини. — Хорошо, синьора. Я отправлю фотографию на ваш телефон.
Николетта вздохнула. — Не то, чтобы забыла… но напротив фитнес центра живет один старый человек… И он…
