– Верно. Но я постараюсь. – Адам больше, чем следовало бы, зависит от своего лучшего помощника, и это беспокоит его уже и само по себе. Эта необходимость на кого-то опереться, довериться кому-то еще. Он от души хлопает своего друга по спине. – Хотя будет где развернуться, если ты наконец сольешься, это уж точно.
Джейми смеется.
– А теперь, – продолжает Адам, – двигай-ка до дому. И малость протрезвей, пока твоя прелестная новоиспеченная женушка не осознала свою ошибку.
Джейми одним махом допивает последние несколько глотков пива, тяжело ставит стакан на стол и, пошатываясь, выходит из паба, даже не обернувшись на прощание.
Адам тоже прикладывается к своей кружке, глядя ему вслед, и в голове у него мимолетно вспыхивает искорка зависти. Ну и везунчик этот Джейми! Молодая жена, перспектива повышения на горизонте… А может, и дети, полноценная семья. Все, чего Джейми заслуживает. Поскольку тогда в воскресенье Адам ничуть не покривил душой. Джейми – хороший парень. Верный, уравновешенный, надежный. Характеристики, которые Адам никогда не применил бы к самому себе. Бросив взгляд на остальных, он направляется прямиком к барной стойке. Еще пива – а может, даже рюмку-другую. Все что угодно, лишь бы погасить приступ неуверенности в себе, угрожающе притаившийся где-то в самом уголке сознания.
Время летит, и паб закрывается. Куинн усаживают в такси и отправляют домой. Самые стойкие направляются в какой-то паб с ночной лицензией; Адам чувствует возможность ускользнуть. Он не хочет, чтобы коллеги сопровождали его к месту его следующей остановки. Он пьян, нетвердо стоит на ногах; алкоголь лишь усилил его неуверенность, а не притушил ее. Адам идет по главной улице, ступая давно уже протоптанной дорожкой. Ему нужно отвлечься – вытеснить все эти мысли о Ромилли и своем погибшем браке из головы. И если он этого хочет, то этот бар – место ничуть не хуже любых остальных.
Кивнув вышибале у двери, Адам быстро входит внутрь и направляется к источнику алкоголя, где его сразу же обслуживают. Рюмку он опрокидывает прямо у стойки и отходит, прихватив с собой бутылку пива.
Лишь немногие понимают, что он тут нашел, но для Адама все просто. Близость к алкоголю, громкая музыка, способная заглушить тоскливые мысли… Выпивая в одиночестве дома, Адам ощущает себя слезливым и жалким, в то время как здесь он, по крайней мере, в человеческом обществе, среди схоже мыслящих людей. Людей, которым он недостаточно интересен, чтобы его судить. В компании без всяких обязательств – они ничего от него не требуют, слишком озабоченные собственными проблемами.
С безопасного расстояния Адам наблюдает за толпой. Во вторник вечером здесь собирается совсем другая публика. Помоложе. В основном студенты – судя по плакату на стене, рекламирующему дешевые напитки по действующему студбилету НСС[13]. Люди, у которых меньше обязанностей и еще меньше причин рано вставать по утрам.
Но даже Адам понимает, что время позднее. Проверяет сообщения на своем телефоне: из лаборатории по-прежнему ничего. Мобильный берет здесь не лучшим образом, столбик приема на экране скачет вверх-вниз. Но связь есть. Всё пучком. Еще стаканчик, и он уйдет. Однако, когда Адам допивает последние капли из своей бутылки, к нему бочком подходит какая-то женщина с высоким бокалом в руке.
– Ты тут один? – спрашивает она, нежно касаясь его руки.
Такое редко, но случается – подходцы женщин, неспособных устоять перед задумчивым незнакомцем в тени. Он медленно оценивает ее. Она навеселе, но не пьяна. И явно знает, что делает. Но уверенность ее того сорта, что кажется почти принужденной. За улыбкой явно скрывается ранимость. Хотя кто он такой, чтобы судить? У каждого есть что-то, что он или она ищет. Некоторым удается скрывать это лучше, чем остальным.
Адам продолжает оценивать ее. Пожалуй, все будет в порядке. Он чувствует притяжение – тоску по компании, одиночество, требующее утоления, каким бы мимолетным оно ни было.
– Не хочешь присоединиться? – отвечает Адам.
Она зазывающе улыбается ему.
– Чтобы просто выпить? Нет. Для чего-то другого? Может быть.
Женщина проводит ладонью по его руке. Ее щеки под слоями макияжа порозовели, волосы вокруг лица растрепались. Ясно, чего она хочет, – в наши дни это большая редкость. И возможность, которую не хочется упускать.
– Может, перенесем этот разговор в другое место? – предлагает она.
Женский туалет лучше мужского, думает он, когда она заводит его внутрь. У раковин никого нет, и она подталкивает его к кабинке в дальнем конце. Запирает дверь, а потом обхватывает руками его лицо и крепко целует.
Адам удивлен, но не безразличен. Ощущает на губах что-то сладкое – может, «Ред Булл», да и энергия ему под стать. Платье на ней короткое, ноги голые. Он скользит пальцами вверх по ее бедрам – они горячие, немного потные. Адам чувствует, как ее руки пролезают ему под рубашку, затем возятся с ремнем.
