Повесив трубку, Голдберг позвонил федеральному прокурору Бэрфуту Сандерсу. Тот только что вернулся в свою контору из Торгового центра и по уши погрузился в изучение различных сводов законов в поисках статьи, на основании которой можно было предъявить обвинение убийце президента. Ему уже звонили и давали различные советы федеральные прокуроры Сан-Антонио (Техас) и Форт-Смита (штат Арканзас). Сам Сандерс обращался за советом к своей конторе в Форт-Уорте (Техас) и в уголовное отделение министерства юстиции в Вашингтоне. Сандерс нуждался в любой консультации, которую мог получить. Дело Освальда породило юридический кошмар. Директор ФБР Эдгар Гувер действовал в Вашингтоне исходя из предпосылки, что стрелявший на Элм-стрит в Далласе нарушил федеральный закон. Тридцать семь лет назад, когда в штате Иллинойс был убит агент ФБР, Гуверу удалось добиться закона, охранявшего его агентов. Но ему и в голову не могло прийти, что законодательство пока не предусматривало специальной охраны президента Соединенных Штатов. Шефа ФБР ожидал шок. Начиная с 1902 года все начальники секретной службы настаивали на том, чтобы конгресс объявил убийство президента федеральным преступлением, однако никто из них не преуспел в этом. Согласно кодексу федеральных законов США, незаконным считалось лишь угрожать жизни главы государства, но этот кодекс не предусматривал ничего на случай, если бы угроза была приведена в исполнение и убийце удалось осуществить свой замысел. Было лишь одно исключение: в случае, если действия убийцы являлись частью заговора, ФБР имело право вмешаться. Однако убийца в Далласе действовал в одиночку[42], и, как только это подтвердилось[43], он сразу же подпал под юрисдикцию исключительно местных властей. Он был виновен в уголовном преступлении, нарушающем только законы штата Техас. Юридически не существовало никакой разницы между убийством президента и поножовщиной в каком-нибудь баре Далласа.
Бэрфут безуспешно пытался найти решение этой неразрешимой проблемы. Он составил не менее пяти различных вариантов обвинительного заключения. Всем им предстояло отпасть как необоснованным, но вначале он еще надеялся, что какой-то из них позволит передать убийцу в руки федерального правосудия. Бэрфут имел в своем распоряжении три закона федерального кодекса США: закон против пропаганды насильственного свержения правительства, общий закон против заговорщической деятельности и закон Гувера, охраняющий неприкосновенность «должностных лиц и служащих», проводящих в жизнь федеральные законы. Последний мог бы быть использован, если бы подтвердилось переданное в 14.14 сообщение Ассошиэйтед Пресс, что убит агент охраны президента. ФБР не могло арестовать убийцу президента. Оно имело лишь право задержать убийцу телохранителя президента.
Настойчивые попытки Бэрфута использовать эти акты с помощью крючкотворства были прерваны звонком Голдберга. Кратко изложив содержание своей беседы с Белым домом в Далласе, Голдберг сообщил, что он предложил, чтобы Сара Хьюз привела нового президента к присяге, и это его предложение принято Джонсоном.
— Отлично, если только мы сможем найти ее, — ответил Сандерс и пообещал: — Постараюсь сделать все возможное.
Кабинет Сары Хьюз был расположен как раз над служебным помещением Сандерса. Он кинулся наверх и вошел в приемную как раз в тог момент, когда позвонила сама Сара. Независимо от Джонсона, Голдберга и Сандерса она решила справиться, не звонил ли ей кто-нибудь. Сандерс взял трубку.
— Говорит Бэрфут, — сказал он. — Вице-президент хочет, чтобы вы привели его к присяге в качестве президента. Могли бы вы это сделать?
Сара ответила утвердительно. В этот момент ее секретарь, держа трубку другого аппарата, стал делать Сандерсу отчаянные знаки. С борта самолета звонил один из помощников Джонсона. Сандерс кивнул. Он знал, о чем идет речь. И он уже делал то, о чем его собирались просить.
— Куда мне ехать? — спросила Сара.
— На аэродром Лав Филд. Я договорюсь с секретной службой, и вас пропустят. Сколько вам потребуется времени, чтобы туда добраться?
— Десять минут, — сгоряча ответила она и тут же спросила: — А где текст присяги?
— Я позабочусь, чтобы он ожидал вас в аэропорту. Однако Бэрфут обещал больше, чем мог выполнить.
Его участие в предстоящей церемонии заканчивалось этим телефонным звонком. Но тот факт, что его усилий не хватило на большее, отнюдь не говорит против него. Царивший вокруг бедлам вывел всех из строя. Не успел он повесить трубку, как снова зазвонил телефон: звонил Руфус Янгблад, которому Джонсон приказал обеспечить полицейский эскорт для Сары Хьюз. Бэрфут сообщил, что она уже выехала. Эскортировать Сару Хьюз не имело смысла, так как это только задержало бы ее прибытие на аэродром. Мотоциклисты могли бы не найти ее или, что также было вполне вероятно в общей сумятице, обратиться не к тому начальству.
