Я узнала их: это были те самые женщины, которые пили чай в тот судьбоносный день, когда умер полковник Монтегю. Мисс Эверли, как и в прошлый раз, вела себя как главная в компании. Выглядела она снова стильно: сегодня она надела верблюжье пальто и сапоги на каблуках. Остальные три дамы казались такими же невзрачными, как и тогда.
– Нам всегда нравился этот магазин, не правда ли, девочки? – улыбнулась мисс Эверли, шагнув вперед.
Как мило, что она называла подруг «девочками» – и это несмотря на то, что им было за семьдесят или даже за восемьдесят!
Мисс Эверли повернулась ко мне:
– «Кардинал Клубокси» раньше принадлежал вашей бабушке, верно? Агнессе Бартлетт? О, какой прелестный снимок на стене! Она была очень доброй женщиной. Мне так жаль, что ее не стало.
Когда я начинала работать в магазине, от соболезнований у меня каждый раз щемило сердце. Теперь же они вызывали у меня тревогу: я знала, что моя бабушка – вампир, страдающий бессонницей. Если бы приезжие или туристы заметили в магазине немного бледную и очень заспанную старушку за восемьдесят, было бы еще терпимо. Но если бы пришел кто-то, кто знал бабушку при жизни… От одной этой мысли меня пробрала дрожь. Да, заклинание, что я наложила на Агату, спасло меня на прошлой неделе, однако слишком полагаться на только-только пробудившиеся силы мне не хотелось. Оставалось надеяться, что чары на люке окажутся надежными.
Я согласилась, что потерять бабушку было очень грустно, и подтвердила, что я ее внучка – Люси. После этого дамы отправились бродить по магазину, словно обычные посетительницы – заглядывали в корзины, листали каталоги.
Люди, посещавшие «Кардинал Клубокси», делились на два типа: «зеваки» и «покупатели». «Покупатели» обычно уже знали или хотя бы примерно представляли, что хотят создать. Например: «Я тут думаю связать толстый теплый свитер для внука. Его любимый цвет – синий». Или: «Моя дочь ждет ребенка. Это будет мой первый внук, а я мечтала связать кофту для малыша с тех пор, как научилась рукоделию! Пожалуй, возьму желтую или зеленую пряжу – пол крохи мы пока не знаем».
«Зеваки», напротив, бродили по магазину, разглядывая то один, то другой товар. Иногда они покупали что-то спонтанно, но обычно просто тратили время. Заглянувшие сюда четыре женщины определенно принадлежали к этому типу.
Моей же задачей, разумеется, было пытаться превратить «зевак» в «покупателей».
Мисс Эверли притворилась, что читает книгу об исландских свитерах, а затем резко отложила ее.
– Кажется, я видела вас в чайной. В тот день, когда не стало бедолаги полковника Монтегю.
Я кивнула:
– Верно. Просто ужас какой-то!
– Знаете, я была с ним знакома.
Я прекрасно осведомлена об ее отношениях с полковником. Однако мисс Эверли знала меня лишь как юную Люси с той стороны океана, которая никак не могла получить всей той информации, что передала мне бабушка. Я изобразила вежливый интерес:
– Как жаль, что вы лишились друга.
Женщина подозрительно на меня посмотрела. Может, я слишком подчеркнула слово «друг»?
– У меня уже голова пухнет от размышлений о том, кто мог желать полковнику зла. Я сидела к нему ближе, чем вы, но спиной. А вот вам его хорошо было видно, не правда ли?
Она что, тоже вела любительское расследование? Она действительно считала, что у меня может быть какая-то информация? Или проверяла, попытаюсь ли я ее запутать? Этого я узнать никак не могла, но ответила честно:
– Да, наверное, мне было видно его лучше, чем вам. Однако я общалась с другом и не особо обращала внимание на полковника.
– А вы заметили ту очень неприятную сцену, когда ему подали не тот чай? Я все думаю: не был ли этот напиток предназначен кому-то другому?
Три ее подруги, рассматривавшие вязальные крючки, нервно захихикали.
– И в таком случае предполагаемой жертвой может быть любой из посетителей. Наводит на размышления, не так ли?
– А может, он отравился случайно? Например, некачественной едой.
Мисс Эверли покачала головой:
– Я работала биохимиком – на симптомы пищевого отравления не похоже. Нет, его намеренно убили.
Я посмотрела на компанию женщин. Четыре старушки – на вид невинные, добрые дамы, которые всего лишь хотели выпить чашечку чая в тишине и покое после похорон подруги, а стали свидетельницами столь ужасной смерти.
Однако возрастом меня не одурачишь. Моя бабушка и ее подруга Сильвия были в числе умнейших моих знакомых.
Я пригляделась к пожилым дамам.
– А у вас есть враги?
Вроде как у убитых обычно есть желавшие им смерти враги.
Ответ мисс Эверли поразил меня.
– Думаю, они есть у всех нас. Важно лишь знать, как далеко они готовы зайти.
К моему облегчению, открылась дверь и в магазин вошла молодая женщина, толкая перед собой коляску со спящим младенцем. Конечно, все четыре дамы тут же переключились в режим бабушек и принялись умиляться дремлющей крохе. Мать же, выглядевшая очень уставшей, посмотрела на меня.
– У вас есть схемы детских покрывал?
