Только когда суматоха улеглась, Лейси смогла начать инвентаризацию. На некоторые предметы Айрис ее специальная страховка не распространялась. Например, на золотую греческую арфу. От знакомого специалиста по редким музыкальным инструментам в Суффолке она узнала, что лишь несколько специализированных компаний могут застраховать такой редкий и привлекательный предмет.
А еще были уникальные, единственные в своем роде старинные часы ручной работы. Лейси даже не представляла, с чего начать, чтобы застраховать их.
Она сидела, рассматривая акриловые коробки, полные сокровищ, а затем посмотрела на Честера, который лежал рядом с ней, прижавшись боком к ее левому колену так, что она чувствовала его ровное, ритмичное дыхание.
Он был очень терпеливым спутником, подумала Лейси, учитывая, каким хаотичным было сейчас ее расписание.
Окинув взглядом лежащие перед ней сокровища, она подумала об их прежней владелице. Айрис Арчер. Ей было интересно, был ли, в конце концов, мотив у ее детей. Даже если всем было известно, что они ничего не унаследуют, Найджел сказал, что Бенджамин был уверен, что закон будет на его стороне как наследника по мужской линии. По меньшей мере, он думал, что получит что-то после смерти Айрис, и, казалось, именно он был инициатором рейда в детской. Но если он убил мать ради богатства, помешает ли ему какой-то журнал получить сокровища Айрис? Он должен был быть полностью уверен, что закон будет на его стороне, чтобы рисковать всем, что имеет. Не было бы проще украсть предметы и изменить журнал, чем рисковать, предполагая, что оговорку в завещании можно интерпретировать в свою пользу?
И, кроме того, неужели несколько тысяч фунтов стоили того, чтобы убить свою родную мать? Бенджамин и так был успешным бизнесменом. Он, должно быть, ежедневно зарабатывал сотни тысяч. Хотя она и понимала силу зависимости, – которая, по словам Найджела, была у них наследственной, – что-то явно не складывалось.
– Думаю, рассматривая их всю ночь, я не найду ответов, – сказала Лейси со вздохом, пробежав глазами по всем драгоценностям.
Она позвонила Перси Джонсону, своему знакомому антиквару из Мейфера, по поводу аукциона, и он согласился помочь ей оценить предметы с помощью видеочата. Она была так взволнована этим, что хотела провести его прямо сегодня, но она не могла заставлять пожилого человека бросит все и уделить ей время, поэтому пришлось набраться терпения.
Честер заскулил в ответ на ее слова. Она посмотрела на него и погладила по голове.
– Ты просто хочешь на прогулку, да?
Его глаза понимающе загорелись, и он с энтузиазмом завилял хвостом. Лейси не смогла сдержать смешок.
– Ладно, ладно. Я перестану рассматривать и спрячу эти вещи.
Она взяла коробки и сложила их в сейф. Затем убедилась, что задняя дверь надежно заперта, и направилась к выходу, закрывая и занавешивая все по пути.
В магазине Тарин все еще горел свет, но в кондитерской Тома было темно. Лейси смутно вспомнила, что по четвергам он играет в бадминтон.
Она направилась к машине, но вдруг услышала, как Честер зарычал.
Она обернулась. Пес стоял у магазина, от которого она только что отошла, уставившись на жалюзи и рыча.
Нахмурившись, Лейси поспешила к нему.
– В чем дело, Честер? – спросила она.
Он громко и настойчиво залаял. Лейси услышала звук, исходящий из магазина. Громкий удар. Звук разбивающегося стекла.
– Если Тарин опять перевернула мои баки… – сказала Лейси вслух, метнув взгляд в сторону ярко освещенного магазина, – значит, она доигралась.
Она неуклюже открыла жалюзи и подняла их. Затем отперла дверь и поспешила внутрь, но Честер обогнал ее и с лаем понесся вперед.
По пути в аукционный зал Лейси ощутила порыв холодного ветра в лицо. На полу были разбросаны кусочки стекла, в которых отражался лунный свет.
Она ахнула, увидев, что задняя дверь приоткрыта, а поверхность ее расщеплена, будто кто-то открывал ее ломом. Это была не Тарин…точно не она!
Вдруг что-то зашевелилось. Человек в маске выскочил из-за сейфа и промчался через комнату к задней двери. Это было похоже на сцену из фильма ужасов, и Лейси застыла на месте. Но Честер бросился в бой. Он рванул вперед и напрыгнул на фигуру.
– Осторожно! – закричала Лейси.
Незнакомец мог быть вооружен. Она не хотела, чтобы пес поранился.
Но Честер проигнорировал ее предупреждение.
Он прыгнул, обнажив челюсти, и вцепился взломщику в лодыжку. Лейси услышала крик и по голосу поняла, что это определенно был мужчина.
Он начал дергать ногой, пытаясь отогнать Честера. Лейси увидела, как что-то длинное и металлическое сверкнуло в лунном свете. Лом. Он собирается ударить собаку!
– Честер! – рявкнула Лейси, на этот раз не вопя, а приказывая.
В этот раз пес послушался. Он отпустил ногу мужчины.
Мужчина отпрянул, опустив руку, в которой был лом. Затем он прошмыгнул в сломанную дверь.
– Стоять! – приказала Лейси Честеру, поскольку тот, казалось, собирался броситься вдогонку. – Оно того не стоит. Пусть уходит.
У Лейси сердце ушло в пятки. Значит, охота началась. Только вместо вил толпа взялась за ломы.
*
