Убийство во времени полностью

– Я могу быть полезен. Я хирург. Саймон Дэлтон, – представился он, встретившись взглядом с Кендрой. Он немного отодвинул пальто. Кендра не сразу поняла, что он был так осторожен, потому что не хотел обнажать интимные части тела девушки. Потом он поднял ее руку. – У нее все еще трупное окоченение.

– Вода холодная, так что трупное окоченение может замедлиться.

– Вы, похоже, довольно хорошо информированы, да?.. – произнес высокий джентльмен с рыжевато-коричневыми волосами, стоящий рядом с герцогом. Он был привлекателен – не чета Алеку, конечно, но все же было что-то завораживающее в его темно-голубых глазах и в загорелом худощавом лице, когда он посмотрел на нее.

– Кендра Донован. У меня есть некий опыт.

Он поднял бровь с выражением недоверия:

– В убийствах? Простите, но вы же женщина. Служанка!

– И что? – Так как этот ответ, казалось, сбил его с толку, Кендра вернулась к изучению тела мертвой девушки. – Я подозреваю, что мы обнаружим, что подъязычная кость и щитовидный и перстневидный хрящи сдавлены из-за удушения руками. – Она посмотрела на Саймона Дэлтона. – И посмотрите на глаза, доктор: субконъюнктивальное и петехиальное кровоизлияние.

К ее удивлению, он вспыхнул:

– Я не врач, я хирург.

Она нахмурилась. Какая, к черту, разница?

– Я заметил, – продолжил он в ответ на ее наблюдение, а затем объяснил в общих чертах остальным, – петехия – это когда кровеносные сосуды вокруг глаз разрываются из-за удушья.

Алек насупился.

– Кто-нибудь узнает ее? Она местная?

Мухи, всегда прибывающие на запах смерти, начали собираться. Алек раздраженно размахивал руками, чтобы разогнать их, хотя и ненадолго, так как они, жужжа, возвращались, только уже в большем количестве.

Мужчины придвинулись ближе, чтобы лучше рассмотреть мертвую девушку. У Кендры было впечатление, что их привлекло любопытство, а не желание помочь. Один из молодых людей издал тихий звук горлом и отошел назад.

– Осторожно, Гэбриэл! – проворчал другой мужчина, столкнувшись с ним.

– Вы видели ее раньше? – резко спросила Кендра Гэбриэла. Ему было примерно столько же лет, как и ей, он выглядел привлекательно благодаря взъерошенным темно-каштановым волосам и карим глазам. Его реакция могла быть шоком от увиденного мертвого тела. Или чем-то еще.

– Нет… нет… – Гэбриэл отошел. Кендра продолжала на него смотреть, он засунул руку в карман пальто и вытащил оттуда серебряную фляжку, раскрутил крышку и сделал большой глоток. Судя по его покрасневшему лицу и немного остекленевшему взгляду, она подозревала, что он не впервые прибегал к фляжке за сегодняшний день.

Алек тоже наблюдал за ним.

– Постарайся не напиваться, Гейб.

Молодой человек ощетинился и послал Алеку такой испепеляющий взгляд, что Кендра удивилась, как не почувствовала его жара.

– Сложно сказать… но она не кажется мне знакомой, – пробормотал Элдридж, почесывая заднюю часть шеи, как будто бы она болела. – Никто в округе не разыскивал пропавшую девушку. Вы что-нибудь слышали, Морланд? Местный судья обычно первым узнает о таких вещах.

– Что? – Мужчина с рыжевато-коричневыми волосами, Морланд, вздрогнул и покачал головой. – Нет, ваша светлость. Я ничего не слышал.

Элдридж мрачно смотрел на девушку.

– Кто-то, должно быть, обезумел от ярости и задушил эту бедную девочку, а затем выкинул ее в реку.

Кендра была в раздумье, она вся напряглась. Она снова размышляла о том, чтобы оставить все как есть и не вмешиваться… но черт. Она так не могла.

– Это была не ярость, – произнесла она медленно. – Это был расчет. Холодный расчет. Человек, который это совершил, знал, что он делает.

Снова воцарилась мертвая тишина. Затем мужчина, которого назвали Морландом, спросил:

– Какого дьявола вы говорите?

– Я говорю, что эту девушку не просто удушили. Ее душили неоднократно. Область синяков вокруг шеи обширная, неравномерная, это означает, что он душил ее, а затем снова позволял ей дышать. Потом он убирал руки и менял позу, видите, здесь? – Она показала на неравномерные темные пятна в районе горла жертвы. – И он снова душил ее. И потом еще.

Морланд изумленно уставился на нее.

– Это просто какой-то абсурд! Вы кто? Правда, сэр, – он повернулся к герцогу, – вы же не ожидаете, что мы проглотим подобную абсурдную выдумку? И от обычной служанки… от… женщины!

Кендре пришлось прикусить язык и воздержаться от едкого ответа. «Это не моя эпоха», – напоминала она себе. Если они ей не поверят, ей придется оставить все как есть.

Но все же во рту у нее пересохло, когда она перевела свой взгляд на герцога Элдриджского. Он нахмурил лоб, но она не знала, что происходит у него в голове. Станет ли он игнорировать ее наблюдения из-за того, что она женщина?

Он покачал головой:

– Сейчас не время спорить об этом, Морланд. Нам нужно сделать что-то с этой бедняжкой.

Кендра выдохнула, хотя до этого момента не осознавала, что затаила дыхание. Он не назвал ее сумасшедшей. Пока что.

Наверняка она сможет узнать только тогда, когда расскажет герцогу о том, что знает и что подозревает.

Она могла только молиться о том, чтобы он поверил ей.