Кендра стояла в стороне, пока они обсуждали, куда отнести тело, – в итоге сошлись на ледяном хранилище замка. Затем им нужно было придумать, как ее лучше туда доставить. В конце концов было решено, что пара лакеев донесет ее до поляны, а уже потом повозкой жертву довезут до замка.
Эта операция была осуществлена довольно неуклюже. Во-первых, оставшиеся лакеи испытывали тошноту при мысли, что им придется снова притронуться к телу. Они были не в восторге от предложения пожертвовать своими роскошными ливреями, чтобы укрыть ими жертву, – согласились, только когда Алек приказал им.
Кендра не могла винить их. Черт, она сама была не в восторге от сложившейся ситуации. Не имело значения, что это не было местом преступления, или что тело преодолело целое озеро и реку, или что, даже если бы ей удалось найти какую-то улику, у нее все равно не было оборудования и судебно-медицинских экспертов, которые могли бы дать ответы на интересующие ее вопросы. Она все равно продолжала отслеживать любое экспертно-криминалистическое нарушение, которое замечала.
– Нам нужно пригласить местного констебля, – сказал герцог, когда они начали свой путь обратно по лесу.
Алек фыркнул:
– Много это даст. Самое страшное, с чем сталкивался Роджер Хиллиард, – это периодическая поимка браконьеров или улаживание конфликтов между фермерами из-за того, что корова одного вторглась на поле другого и съела его чертово зерно.
– То есть… из правоохранительных органов у вас тут есть только местный констебль? – спросила Кендра, ее беспокойство становилось все более явным.
– Морланд тут судья, – напомнил кто-то.
Алек нахмурился.
– У тебя тоже нет подобного опыта, Морланд.
Кендра заметила гневный огонек в глазах Морланда. Алек, может, и не отличался дипломатичностью, но про себя она согласилась с ним. Ни у кого из них не было подобного опыта.
Кроме нее.
– Что ты предлагаешь, Сатклифф? – бросил с вызовом другой мужчина. – Пригласить сюда сыщиков из уголовного полицейского суда?
Челюсть Алека напряглась.
– Возможно.
– Я бы предпочел не привлекать никого со стороны, – нахмурился Морланд.
Его выражение лица и кислая интонация чуть не заставили Кендру улыбнуться. Это были практически те же слова и, без сомнения, тот же тон, которые она столько раз слышала от копов, когда для расследования убийств приходилось просить о помощи ФБР. Может, между эпохами была не такая уж и большая разница.
Затем она вспомнила, что Морланд сказал герцогу: «
Она и раньше, конечно, сталкивалась с дискриминацией. Но иметь дело с упрямым местным шерифом или грубым полицейским, возмущающимся по поводу вмешательства ФБР, – была ли она женщиной или нет, – было немного не тем, что ей приходилось испытывать
– Все в порядке?
Кендра посмотрела на Алека, удивившись заботливому участию, которое она расслышала в его голосе.
– Бывало и получше.
Он ухмыльнулся, услышав ее сухой ответ, но улыбка была мимолетной. Он рефлекторно вытянул руку вперед, чтобы ветви деревьев не ударили ее по лицу. Это был на удивление галантный жест.
– Вы не должны бояться, мисс Донован, – уверил он ее, удивляя ее еще больше. – В замке вы будете в безопасности.
Кендра зажмурилась. Она осознала, что он правда пытался казаться милым. Однако он не знал, о чем вообще говорил.
Некоторые вещи в эту эпоху мало чем отличались от того, что было знакомо ей. По сути, как ей казалось, некоторые вещи никогда не меняются. Например, убийства. И монстры.
– Вы знаете, вы заблуждаетесь, – сказала она мрачно. – Мы должны бояться… потому что это произойдет вновь.
Ледяное хранилище было огромным зданием из серого камня без окон, с единственным входом и толстыми двойными дверями из дуба, смотрящими на север. Кендра поняла, что ощущение пустоты было обманчивым, когда они прошли мимо еще одних дверей, за которыми была лестница в подвальное помещение. Использование земли для поддержания прохлады было умным решением. В хранилище было четыре комнаты, в самой большой хранился, собственно, лед – гигантские куски, вырезанные из озер и прудов во время зимних месяцев и доставленные сюда на телеге для хранения в течение всего года.
У других трех комнат были совершенно разные назначения. Две из них использовались для хранения скоропортящихся продуктов, таких как молоко, масло и овощи. В третьей, той, в которой они собрались, очевидно, сдирали шкуру и отделяли мясо от костей дичи, на которую охотились в имении. Несколько фазанов, куропаток и пара кроликов были подвешены за лапки на крючки, укрепленные на потолке рядом с белой эмалированной стеной в дальнем конце комнаты. Несмотря на висевшие по всей комнате фонари, казалось, что темные тени затаились в каждом углу. В воздухе стоял запах дыма, земли, мяса с душком и сырой крови.
