– Извини, Кейро. Я знаю, что это все произошло в неудачное время и испортило твой праздник. Но мы не можем закрыть на это глаза. Я послал за сыщиком в Лондон.
– За сыщиком! – она в ужасе прижала руку к горлу. – Что подумают гости?
– Я уверен, что это будет для них интересным развлечением.
– Это
– А эта женщина, служанка. Как ты ее называл? Кендра Донован, ирландка. – Ее губы искривились. – Ничего удивительного, что от нее столько неприятностей!
– Вообще-то она американка.
– Боже мой, это еще хуже! Чем она может быть полезна для этого расследования?
– Что тебе не нравится, Кейро? Что мисс Донован – американка, женщина или служанка?
Рот герцогини сжался.
– Будь разумным, Берти. Если эту девушку убили, в чем я не уверена, то чем мисс Донован может тебе помочь?
– Она, кажется, имеет какой-то опыт в подобных делах.
– Откуда она может его иметь? У нее вряд ли есть какое-то образование, если учесть ее социальное положение.
Элдридж поджал губы, пытаясь вспомнить все, что ему было известно о Кендре Донован.
– Я не считаю, что мы имеем право недооценивать мисс Донован, – произнес он медленно. – Доверься мне в этом деле, дорогая.
– Берти…
– Я попрошу помощи мисс Донован. – Он остановился, задумавшись. – И на время праздника, Кейро, я бы предпочел, чтобы ты ходила по парку в сопровождении кого-то.
Это ее удивило.
– Я немного стара для компаньонки, Берти. И, так как я была замужем, боже, упокой душу Этвуда, мне она и не нужна.
– Все равно я должен настоять на этом.
Леди Этвуд почувствовала холодок, коснувшийся ее плеч и никак не связанный со сквозняками, которые были привычным делом в ее родовом поместье.
– В чем дело, Берти? – спросила она, взволнованная выражением глаз брата.
Элдридж вспомнил слова Кендры Донован: «
Он верил в то, что необходимо доверять своим инстинктам, но ему было свойственно и логическое мышление. Он был просвещенным человеком. Он что, с ума сошел слушать женщину? Или же сумасшествие не слушать ее?
У него внутри все сжалось, когда он вспомнил о мертвой девушке. Матерь Божья, ее кусали, били, душили. Он снова посмотрел на свою сестру, его выражение лица было мрачным.
– Это кошмар, Кейро, – произнес он тихо. – Кошмар, какого я никогда раньше не видел.
15
Может, она
Нахмурившись, она принялась тереть сильнее. Ее напряженное лицо отражалось в серебряной поверхности, и она не узнала себя из-за чепчика на голове. Миссис Дэнбери отправила ее в одну из задних комнат кухни для помощи Роуз и еще одной твини по имени Молли с домашним серебром. Без сомнения, она считала, что это будет для нее наказанием, но это было не так уж и плохо. Сама работа даже немного успокаивала. И она дала ей возможность расспросить девушек об их жизни в замке и, что более важно, о девятнадцатом веке.
Она подняла вопрос, который особо ее интересовал.
– Саймон Дэлтон, он не доктор?
– Мистер Дэлтон? О нет. Он
– Хирург, но не врач? – она поставила на место чайник. – В чем разница?
Молли уставилась на нее в растерянности.
– Доктор намного важнее! Он не подумает возиться с чьими-то кишками, как хирург!
– А это что, плохо?
Они посмотрели на нее как на сумасшедшую.
– Это же непристойно, – сказала Роуз. – Конечно же, мистер Дэлтон сейчас не занимается этим. Он сложил свои полномочия в армии, когда его тетя леди Хэлстид отдала богу душу. Теперь он живет в Хэлстид Холл.
– И чем занимается?
Роуз пожала плечами:
– Он джентльмен.