Убийство во времени полностью

Ребекка закатила глаза, но, прежде чем она успела ответить на это мрачное предсказание, в комнату зашла миссис Гриффон, местная модистка. Она была не одна. Ее сопровождали две молодые женщины и пять больших сундуков, которые внесли лакеи. Пока Кендра в изумлении наблюдала за этим действием, спальня Ребекки потихоньку превращалась в ателье по пошиву одежды. В чемоданах оказалось невероятное количество рулонов ткани, обрезков и модных иллюстраций.

Кендра отметила про себя с замиранием сердца, что вот так все происходило задолго до появления одежды прет-а-порте, до того как у женщин появилась возможность купить весь свой гардероб целиком примерно за двадцать минут в «Мейсис» или «Волмарт» или вообще заказать онлайн. В этот момент Кендра с болью осознала, что каждый предмет одежды индивидуально продумывается, вырезается и шьется вручную. Сколько времени уходит на это?

Ребекка обрисовала общую задачу.

– Нам понадобятся утренние наряды, наряды для прогулок, нижнее белье и пара вечерних платьев, – пояснила она. – Мне бы хотелось, чтобы основная часть заказа была выполнена и доставлена через неделю. Это возможно?

– Конечно, ваша светлость.

– Нам необходимо, чтобы вы перешили одно из моих вечерних платьев для сегодняшнего вечера. Мэри взяла все мерки с мисс Донован. И я вынуждена настоять на том, чтобы одно или два платья были доставлены завтра. Платье для дневного приема и вечернее платье. Это возможно?

Миссис Гриффон лишь на секунду задумалась. Затем она кивнула.

– Да. Нам нужно начать работу прямо сейчас, ваша светлость.

«Забавно, какие безобидные вещи могут вызвать паническую атаку», – подумала Кендра спустя пятнадцать минут. Шелк и сатин вроде бы не должны иметь такого действия. Но, когда женщины стали быстро перемещаться по комнате, вытаскивая рулоны с материалом, Кендра ощутила удушье: ей показалось, что она попала в ловушку. В этот момент она увидела свое ближайшее будущее, состоящее из узоров «огурцов», тканей в тонкую полоску, хлопка, шерсти и муслина, которые использовались для создания платьев для прогулок и дневных приемов, а также из легкой, как воздух, органзы, шелка и тяжелого бархата, предназначающихся для вечерних платьев; и, конечно, из бесконечных комбинаций стилей и фасонов, которых ей бы хватило не то что на несколько месяцев, но и на долгие годы.

Ребекка передала Кендре шелковое платье, не замечая ее смятения.

– Наденьте это, мисс Донован. Пока Мэри и миссис Гриффин совершают приготовления, мы с вами сядем и выпьем чая, а я объясню вам, чего вам стоит ожидать от сегодняшнего вечера.

Кендра попыталась отделаться от странного чувства паники, сдавливающего ей грудь.

– Полагаю, ничего крепче чая у вас нет?

– У вас нет аппетита, мисс Донован?

Кендра оторвала взгляд от дымящейся перед ней миски и посмотрела на мужчину, сидящего слева от нее. Это был мистер Харрис, местный викарий. Однако он не был похож на священнослужителя. Ему было немного за тридцать, он был привлекателен, на нем была такая же одежда, как и на всех остальных мужчинах: шейный платок, рубашка, жилет, плащ и брюки. И преподносил он себя с той же долей самомнения.

– Черепаховый суп месье Антона не имеет себе равных.

Она взглянула на крупные куски мяса, плавающие в сливочной массе.

– Я предпочитаю, когда черепахи находятся в аквариуме.

Он непонимающе посмотрел на нее.

– Скажите на милость, что такое «аквариум»?

У них нет аквариумов? Она потянулась за бокалом вина и сделала быстрый глоток.

– Это что-то вроде зоопарка для водных животных и растений… не важно.

Этот вечер оказался более нервным, чем она ожидала. Графиня посадила ее настолько далеко от герцога и леди Ребекки, насколько это позволяли размеры комнаты. Она сидела в конце длинного элегантного стола, зажатая между заносчивым викарием и майором Эдвардсом, которому было лет восемьдесят, если не больше. Единственное, что ее радовало в старом военном, – это то, что он, казалось, не собирался вести светские беседы и с вполне довольным видом уплетал, чавкая, свой суп.

Подобная рассадка могла, конечно, быть карательной мерой, употребленной в ее отношении, но Кендра подозревала, что, скорее всего, дело здесь было в статусе: герцог был самым титулованным из присутствующих, она – наименее знатной персоной. «Точно так же функционировала столовая для старших слуг», – с улыбкой подумала Кендра.

Она понимала, что является предметом пристального изучения всех остальных гостей. Женщины смотрели на нее украдкой. Ребекка была права в том, что они не станут рисковать и вызывать неудовольствие герцога, полностью игнорируя ее, что, как ей объяснили, было бы прямым пренебрежением. Вместо этого, как и говорила Ребекка, пренебрежение выражалось косвенно: ей свидетельствовали о своем почтении, а потом уже демонстрировали пренебрежение. Джорджина и Сара разглядывали ее с удивлением, прятались за веерами и шептались.