«Ваше высокопревосходительство!
Пишет Вам несчастный барон Антон фон Гиверт, таинственно «исчезнувший» двадцать лет назад в день своей помолвки.
Думаю, Вы удивлены моим «воскрешением» из мертвых, ведь тогда на мои розыски отрядили лучших сыщиков во главе с господином Кобылиным. Но, увы, они не проявили ни ума, ни усердия, а, может, вступили в сговор с преступниками.
Расскажу коротко, что произошло. После помолвки по срочному приказу Государя я вылетел на воздушном шаре, имея поручение к одному из европейских монархов. Меня неожиданно вызвался сопровождать мой кузен Сергей Иудович Разгуляев. Когда мы пролетали над Монбланом, двое его слуг — Коронат Перепетуя и Филафей Верещакин — внезапно схватили меня и выкинули из корзины. Вопреки их надеждам, я не разбился о камни, а приземлился в огромный, выше шестиэтажного дома, снежный сугроб, из которого, несмотря на попытки, выбраться не смог и через несколько часов безуспешной борьбы со снегом замерз, повторяя до последнего имя моей невесты Конкордии.
Через девятнадцать лет при сходе ледника мое замерзшее тело вынесло в долину. Мне очень повезло, что пастух Бернард, который меня нашел, без всякого промедления вызвал местного доктора герра Рохварга. Тот посвятил свою жизнь экспериментам по замораживанию и размораживанию животных, в которых добился удивительных результатов. Благодаря придуманному им особому составу, который он вводит подкожно, замороженные животные снова оживают. И после этого даже способны принести потомство! Но, конечно, для научного триумфа доктору Рохарду необходимо было разморозить человека. Он безуспешно искал добровольца, и тут вдруг ледник вынес меня. Через сорок восемь часов благодаря его заботам я воскрес.
Доктор Рохард собирался сразу опубликовать статью в научном журнале, но я упросил его обождать:
— Мне надо отомстить, наказать виновных.
— За вас это сделает суд, — уверял меня Рохард.
— Нет, суд мне не поверит. Потому что против меня будут свидетельствовать трое. Им есть что терять. Разгуляев заграбастал мое состояние и мою невесту, щедро наградив подручных за убийство: Перепетуя нынче владеет ссудной лавкой, Верещакин — крупный извозопромышленник. Я убью их.
— Но вас за это повесят.
— Нет. Петербургская сыскная полиция давно не та, что прежде. Дураку Кобылину меня не поймать…
— Вы сильно рискуете, дорогой барон.
— Да, потому что люблю Конкордию. Но сейчас она связана брачными узами. Если убью Разгуляева…
— Вы женитесь на ней и тем самым вернете себе состояние! — воскликнул немецкий доктор. — Теперь я вас понял.
— Слава богу.
— И вам нужно алиби. Что ж, я вам его предоставлю. Вы ведь считаетесь погибшим. То, что ожили, знаем только мы с Бернардом. Будьте уверены, ваше тело «найдется» только тогда, когда закончите месть и вернетесь из Петербурга. Сделаем вид, что ледник сошел только что.
Я бросился добрейшему герру доктору на шею. И той же ночью отбыл на родину. Дорогой обдумывал план мести. И точно ему следовал. Осечка случилась на Разгуляеве. Откуда я мог знать, что Конкордия неожиданно вернется домой? Тупица Кобылин, конечно же, обвинил ее в убийстве мужа.
Ваше высокопревосходительство!
Я, барон Антон фон Гиверт, признаюсь в убийстве четырех человек. И прошу Вас отпустить невиновных людей, обвиненных в этих преступлениях. В качестве доказательств моих слов прошу обратить внимание на книги, оставленные мной на месте преступления. На семнадцатой странице каждой из них внизу вы найдете экслибрис с моими инициалами».
