— Хотите кое-что по секрету? — неожиданно предложил Лиам, отворачиваясь от окна. Лоту вздрогнул. — Думаю, вы в курсе, что войды живут довольно долго. Мой учитель прожил тысячу с лишним лет. Он застал не просто Великое Падение, но и Империю в полном ее расцвете. Он любил повторять нам, детишкам: "Неважно, как буйно цветет цивилизация. Неважно, как устойчиво она стоит. Неважно, каков показатель ее развития. Все, что имеет значение — направление душевного роста и его скорость. Если скорости недостаточно, если направление отклоняется на тысячную долю градуса… даже самая прочная империя падет за считанные годы". Что, в принципе, и произошло. — Лиам посмотрел на свои колени, задумчиво расправил длинные полы черного кителя. — Буддизм — это очень хорошо, но вам нужны дополнительные смысловые инструменты. Мы еще поговорим об этом.
Антигравы остановились у коричневого пятиэтажного здания с маленькими окошками. Выбравшись на покрытую каменной плиткой площадку, Лиам запросил разрешение на вход в нейросеть Азолло, активировал дополненную реальность и тихо цокнул языком, не увидев там ничего нового. Когда он был тут первый раз, то наивно предположил, что уж хотя бы виртуальная реальность помогает аборигенам сбежать из скучного мира-хлева. Каково же было его удивление, когда он узнал, что нейросеть содержит все те же знания о посевных, системах орошения и прочем, прочем… никаких игр, ни одного развлечения. Даже коротенькие фильмы были про то, как весело поднимается еще одна целина.
Значки доп-реальности помогали ориентироваться в городах, потому что физическими обозначениями улиц и домов здесь явно пренебрегали, иногда сообщали о погоде или будущих выборах. Тут даже соц-сетей не водилось.
— Прошу.
Лоту пропустил гостя вперед. Два сравнительно высоких аборигена открыли перед делегацией массивную дверь. Внутри их ждал еще один, судя по телосложению — женщина. Судя по полю — жена Лоту, Има.
— Добрый день, — поклонился ей Лиам. — Прекрасно выглядите.
— Ох, вы как всегда очень обходительны! — Има широко улыбнулась, обнажая крупные зубы.
Но, как и раньше, при виде войда в ее поле появились крапинки глубинного страха. Лиам был не просто инопланетянином, но и совершенно непостижимым существом, который жил по другой логике.
— Идите за мной, в главном зале вас ждет полдник, — продолжила Има, отворачиваясь. Но уши ее предательски сдвинулись назад, словно она постоянно ожидала внезапного нападения. — Простите, у нас было не так много вре…
— Все хорошо. — Лиам послал ей теплую волну, успокаивая и расслабляя. — Ваша еда всегда вкусная.
Кончики ушей Има зарделись, она прибавила шаг. Доведя делегацию до главного зала, расположенного на пятом этаже, она что-то шепнула помощницам и, поклонившись, скрылась в соседней комнате.
— Извините мою супругу, — попросил Лоту, отодвигая для гостя стул. — Она немного… на взводе.
— У беременных всегда так, — кивнул Лиам, присаживаясь. — Оберегают свое потомство со дня зачатия… Не смотрите на меня так. Я вижу не только вселенские узоры.
— Вы каждый раз меня удивляете… — вздохнул Лоту. Он встал неподалеку, склонил голову, исподлобья наблюдая за войдом.
Аборигены редко готовили какие-то блюда. Они не любили термообработку, не жаловали соусы. И обычно употребляли фрукты и овощи в чистом виде. Для Лиама же расстарались, сделали два салата. Но он лишь вежливо попробовал их, а потом подхватил из фруктовой корзинки крупное желтое яблоко и надкусил.
Поблуждав по нейросети, Лиам не нашел ничего подозрительного, свернул все информационные сферы и осторожно потянулся к биосфере планеты, прося у нее разрешения на просмотр.
Итак. Показатели действительно неплохи, и даже градус кармического азимута, о котором аборигены еще ничего толком не знают, держится практически на нуле. Совсем неплохо! Но вот скорость…
— Я не зря снова заговорил об экспансии. — Лиам хрустнул яблоком. — Это не только рост ареала, но и самой популяции. То, что сможет пережить сотня, никогда не переживет десяток особей. Понимаете?
— Думаю, да… — не сразу, но все же ответил Лоту.
Лиам посмотрел слой, отвечающий за будущее потомство. И вот тут что-то было явно не так.
Кроме них двоих никого в зале не было, лишь торчал из-за угла чей-то маленький любопытный нос. Через несколько минут ребенок не выдержал и сунул голову в проем, Лоту шикнул.
"Я тихо. Просто посмотрю", — шепнул ребенок.
"Ты мешаешь!" — ответил Лоту.
"Но он же ничего не делает, просто яблоко ест!"
Правитель лишился дара речи. Если бы его тело не покрывала короткая шерсть, он бы, наверно, стоял сейчас весь пунцовый.
— Ах ты… — прошипел он сердито.
— Пусть останется, — вставил Лиам, скосил на ребенка взгляд, не поворачивая головы. Тот выскочил и уставился на войда во все глаза. — Подойди. Как тебя зовут?
— Сохо! — Он в ту же секунду оказался рядом со столом, замер в почтительных двух метрах и поклонился.
— Ты прав, ты мне абсолютно не мешаешь. Хочешь о чем-то спросить?
