– Эрнст, миленький! – захлебываясь произнесла она, – обещай мне, что ты сделаешь всё возможное, чтобы поскорее выйти отсюда! Потом мы уедем с тобой в деревню к моим родителям и всё забудем, как страшный сон!
Эрнст ничего не ответил, только прижал её сильнее к своей груди и принялся поглаживать по спине.
Когда Кристина успокоилась и немного смирилась с ситуацией, в которую попал Эрнст, все трое почувствовали, что основательно продрогли и что пора было снова в тепло. Они вернулись на свои кресла в холле, и Кристина достала из сумки мешок с фруктами.
– Это тебе! Ведь вас здесь не балуют витаминами! – как водится в таких случаях произнесла она и протянула мешок с яблоками и апельсинами Эрнсту.
– По крайней мере здесь кормят гораздо лучше, чем в тюрьме, я уже только поэтому доволен, – заметил Эрнст и, достав из пакета яблоко, тут же откусил его. – Зелёные, мои любимые! – с аппетитом жуя произнёс он и замолчал, поглощённый своим занятием. Когда темы для бесед окончательно иссякли и молодые люди насытились друг другом Эрнст решил, что пора ему возвращаться в своё отделение. Кристина не возражала, ничего не говорил и Виталик, хотя внутренне он чувствовал удовлетворение – ведь кто, как не он, предупреждал Эрнста отказаться от своих планов, и вот теперь случилось именно то, что должно было случиться – Эрнст был наконец-то на своём месте, в доме скорби… Конечно, он и не собирался ничего говорить об этом Кристине, время всё расставит по своим местам, решил он и почувствовал в себе уверенность, что именно теперь с ним всё будет хорошо.
Когда Лебедев ушёл к себе Кристина заявила, что она хочет побеседовать ещё и с врачом, чтобы узнать о перспективах Эрнста на скорейшее выздоровление. Они остались одни с Виталиком, и девушка подошла к посту дежурной сестры и поинтересовалась не могли ли она позвать дежурного врача клиники.
– Вообще-то, милая, у нас лечащий врач принимает по средам! – недовольно произнесла дежурная и немного подумав продолжила, – но вам, учитывая ваш особый случай, я могу пойти навстречу, и если врач не занят, то он примет вас. – С этими словами она потянулась к телефону на столе и, набрав кабинет, врача спросила:
– Константин Петрович, вы не могли бы поговорить с родственниками Лебедева, они тут в холле ждут. Хорошо, Константин Петрович, я передам им ваши слова, – произнесла сестра и положила трубку. – Вы вообще кем приходитесь Лебедеву? – спросила она Кристину снова, – у нас разрешено интересоваться больным только его близким родственникам.
– Я его жена, – ответила Кристина.
– Подождите здесь, врач сейчас выйдет.
Кристина послушно кивнула и отошла от поста. Она уселась рядом с Виталиком и принялась молча ждать. Вскоре в холле появился пожилой человек в белом халате и очках в толстой роговой оправе. Он осмотрел холл и увидел молодых людей.
– Вы видимо и есть близкие Лебедева, – произнёс он и подошёл к ним. – Прошу вас, следуйте за мной в кабинет, я не думаю, что вам будет здесь удобно разговаривать.
Все трое они прошли по широкой лестнице наверх на второй этаж и вошли в кабинет дежурного врача.
– Прошу вас присаживайтесь.
Виталик с Кристиной заняли свои места напротив широкого стола, за которым сидел врач и внимательно изучал их поверх своих очков.
– Вы, конечно же, в курсе всего того, что случилось с вашим другом, – начал врач и снова замолчал.
– Он – мой будущий муж, – поправила врача Кристина.
– Ну что ж, пусть будет так. Случай Лебедева довольно серьёзен. Он страдает маниакально-депрессивным психозом и представляет собой угрозу для общества, – произнёс врач.
– И в чём же выражается эта угроза? – нервно спросила Кристина.
– Вы ведь знаете, что его задержали с оружием в руках? Вы ведь были там тоже? – вкрадчиво спросил врач.
– Но он вовсе не собирался кого-то убивать, просто он хотел проверить своё изобретение на практике! – волнуясь произнесла Кристина.
– И для этого ему понадобилось оружие?
– Ну да.
– Что ж, оставим милиции все юридические тонкости, связанные с этим делом. Нас интересуют только медицинские факты. А они весьма плачевны – ваш муж галлюцинирует, и это установленный факт. Мы провели обследование его мозга. Причиной его галлюцинаций являются навязчивые идеи, кроме того на его мозг влияло какое-то странное излучение, природа его нам пока неизвестна, мы не физики, но думаю, что это излучение повлекло за собой разрушительные процессы в коре головного мозга и именно это вызвало психотическую реакцию последнего на события повседневности.
– Простите, как вас зовут? – спросила Кристина.
– Константин Петрович, к вашим услугам.
– Так вот, Константин Петрович, не могли бы вы выражаться попроще?
– Что ж, извольте, мне кажется, что излучение его прибора, который он изобрёл, разрушило его ещё неокрепший мозг!
При этих словах Виталик побледнел, его прошиб холодный пот – оказывается детище Эрнста вызывало непредвиденный побочный эффект!
– Скажите, Константин Петрович, а это разрушение коры мозга наступает сразу? При первом же облучении? – волнуясь спросил Озеров.
