– Не желаете чай или кофе? – спросил её снова хозяин, но Кристина отказалась, она сочла неуместным распивать чай при том, что она хотела сообщить родственникам Эрнста.
– Вы, я так понимаю, отец Эрнста Лебедева? – спросила она вместо этого.
– Совершенно верно, и я к вашим услугам! – бодро ответил старик.
– А где же его мать? Я хотела поговорить с вами обоими, – задумчиво спросила, девушка оглядывая гостиную. В глаза ей бросился огромный шкаф с толстыми книгами и старинный глобус, стоящий на нём. Обстановка в гостиной вызвала в ней глубокое уважение к хозяевам этого жилища.
– Кира Карловна должна вот-вот прийти, если вам будет нетрудно, мы подождём её вместе. Может вам всё-таки чего-нибудь принести? – спросил её гостеприимный хозяин ещё раз. Но Кристина только вежливо отказалась.
Не прошло и пяти минут, как во входной двери загремели ключи, и кто-то вошёл в квартиру.
– А вот и наша хозяйка! – воскликнул Виктор Романович и пошёл встречать жену. – Кира, у нас гости! – добавил он, помогая ей раздеться.
Через пару минут в гостиную вошла сухощавая пожилая женщина, её волосы были с редкими сединами.
– Кира Карловна Лебедева, – представилась она и протянула Кристине руку.
Та назвалась ей в ответ и пожала протянутую руку. Все трое уселись в гостиной и некоторое мгновение рассматривали друг друга. Кристина именно такими и представляла родителей своего Эрнста – немного в возрасте, со старинными манерами. По всей видимости, он был у них поздним ребёнком, думала девушка и не знала с чего ей начать.
– Я вам, наверное, незнакома, не знаю, рассказывал ли вам Эрнст обо мне, – начала Крис неуверенно.
– Вы знаете, он вообще у нас довольно замкнутый молодой человек, – произнесла мать и выжидающе замолчала.
– Я его девушка и мы скоро поженимся, – сказала Кристина и осмотрела лица присутствующих. Но они были по-прежнему доброжелательны и вежливы. Однако отец Эрнста, старик Виктор Романович не сдержал эмоций и воскликнул:
– По этому поводу надо опрокинуть по рюмочке за знакомство! – и прошёл к бару в стене.
– Но я не сказала самого главного – скоро у нас будет ребёнок, – продолжала Кристина.
Виктор Романович налил тем временем себе рюмку водки и залпом выпил её.
– За молодых!
Тут лицо Киры Карловны стало вдруг тревожным, она что-то поняла и спросила:
– А где же сам Эрнст? С ним что-то случилось? Почему вы не вместе?
Кристина побледнела. Она так боялась подобного вопроса и теперь не знала с чего ей начать.
Её молчание только усилило тревогу матери Лебедева и с трагичным лицом она закричала:
– Что случилось с моим мальчиком?
– Его заключили в «Дубки» и отчислили из университета! – прямо сказала Кристина и уставилась себе под ноги.
До Виктора Романовича наконец начал доходить смысл происходящего, и он спросил:
– А что такое «Дубки»?
– Это психиатрическая клиника закрытого типа, – пояснила Кристина.
– Дурдом! – воскликнул Виктор Романович и стал ртом ловить воздух как рыба, выброшенная из воды на берег. Потом он схватился за сердце и упал.
– Скорее вызывай скорую! – воскликнула Кира Карловна и бросилась к домашней аптечке. – У него же больное сердце, а вы такое ему и в лоб! Он не переживёт этого! – кричала Кира Карловна и лихорадочно искала в аптечке валидол.
Наконец найдя искомое средство она подбежала к бесчувственному Виктору Романовичу и положила ему таблетку под язык. Прошло несколько минут, но он всё так и не приходил в себя. Вскоре подоспели санитары скорой помощи и начали обследовать старика. Лицо врача было мрачным.
– Инфаркт! – коротко бросил он Кире Карловне и Кристине, стоявшей тут же, и добавил: – Необходима срочная госпитализация!
Женщины только послушно кивнули. На лице Киры Карловны застыл немой крик боли, она знала, что возможно в последний раз видела своего Витю…
Когда карета скорой помощи увезла Виктора Романовича женщины остались одни. Кристина чувствовала глубокое потрясение от произошедшего. Она винила себя в том, что случилось с отцом Эрнста, это по её вине с ним случился сердечный приступ. Кира Карловна заметила состояние невестки и попыталась её успокоить:
– У него уже давно было больное сердце, рано или поздно, но это должно было случиться.
Кристина молчала. По её лицу текли слёзы. Как она скажет об этом Эрнсту? Это может только добить его!
Кира Карловна взяла из бара две стопки и налила в них водки.
– Пей! – сказала она и протянула Кристине одну из них.
– Почему вы не спрашиваете, как Эрнст попал в «Дубки»? – выпив стопку спросила Кристина.
– Я слишком хорошо знаю своего сына, – устало произнесла Кира Карловна, – наверняка какой-нибудь из его гениальных проектов, он страдает ими с детства.
Кристина ничего не ответила. Проницательность матери несколько удивила её, но это только показывало её недюжинный ум.
– Вы уж навещайте его, ему там нужна ваша поддержка, – тихо сказала девушка.
– Конечно, конечно, деточка, я сделаю всё, что от меня требуется, – успокоила её мать Эрнста и снова налила водки по стопкам.
