При упоминании о Володине Кира Карловна слегка поморщилась – она вспомнила, как покупала у него свободу своему сыну и в какую кругленькую сумму обошёлся ей этот прохвост в белом халате. Но он выполнил своё обещание и уже одно это было хорошо.
– А когда вы собираетесь узаконить свои отношения? – снова спросила Кира Карловна, чтобы не думать о Володине, этом костоломе от психиатрии.
– В ближайшие дни мы подадим заявку в ЗАГС, а там и распишемся, как можно скорее, – ответила снова Кристина. – Мы хотели бы устроить скромную свадьбу. Дело в том, что многие в университете узнали о трагедии Эрнста, и мне не хотелось бы видеть на собственном торжестве ухмылок и кривых лиц и слышать их сплетни, – пояснила Кристина своё решение.
При её словах Эрнст помрачнел. Ему было больно и стыдно за своё прошлое.
И он не удивлялся, что многие его бывшие коллеги по учёбе относились к нему как к сумасшедшему. Поэтому он тоже был за скромное торжество в узком кругу.
Казалось, мать Эрнста была всем удовлетворена, обо всём узнала и ничего не имела против планов молодых. После праздничного обеда она решила оставить молодых вместе и не мешать им наслаждаться обществом друг друга после столь долгой разлуки. Кира Карловна занялась хозяйством, а молодые ушли в спальню, где спал их маленький сын.
Эрнст заметил перемены, произошедшие со своей женой после родов. Она стала светиться каким-то внутренним счастьем, не было больше той секс-бомбы, которой она была. Теперь вместо неё была мама его сына. Кристина нравилась Эрнсту ещё больше в этом своём новом качестве. Теперь она стала более стыдливой и постоянно краснела, если считала, что в её присутствии прозвучало что-то неподобающее. Трогательно и нежно она поправила чубчик на лбу своего Саши и заметила, как Эрнст пристально смотрит на её движения. От его взгляда она покраснела и молча потупила взор. Волна нежности поднялась в груди Эрнста, и он не смог совладать с её напором. Он кинулся к девушке, прижал её изо всех сил к своей груди, и горячо зашептал, чтобы не разбудить малыша:
– Отныне мы будем вместе всегда, и никакая химера не разлучит нас! Ты слышишь?
Кристина ничего не ответила, только крепче прижалась к своем мужу, который так много выстрадал в свои двадцать лет. Конечно, они теперь всегда будут вместе. У них есть малыш, которому они очень нужны. И пусть все химеры и тени снов останутся в прошлом! Она любовно посмотрела на своего спящего сына, шевелившего своими маленькими пухлыми губами во сне и поняла, что будущее принадлежало отныне только ему, и они с Эрнстом, как родители этого чудо-цветочка, сделают всё, чтобы он был счастлив не знал нужды хоть в чём-либо.
Словно читая мысли матери, Саша проснулся и захныкал. Эрнст отпустил Кристину и позволил ей взять малыша на руки и снова убаюкать. Вскоре Саша успокоился и принялся с любопытством, присущим только такому маленькому существу, разглядывать доселе незнакомого ему кудрявого темноволосого дядю.
От его взгляда грудь Эрнста защемило и комок подкатил к горлу. Как он мог променять жизнь этого чудо-ребёнка на проклятого Ленина из своих иллюзий? А все его тухлые теории о «желудках» и гениях? Разве это всё стоило слезинки этого ангелочка? В сознании Эрнста рождалось что-то новое, доселе ему неведомое, и это чувство готовности сделать всё для своего сына, совершить даже невозможное, доминировало отныне в его душе. Наверное, это отцовское чувство, подумал Эрнст. Но он и не предполагал, что оно может быть таким всепоглощающе мощным. Отныне оно станет управлять всеми его поступками и волей. И он готов был всецело отдаться ему…
Свадьба, как и планировалось, была проведена скромно. Кристина, Эрнст, Кира Карловна посидели втроём на квартире у Лебедевых после ЗАГСа за праздничным столом. Кристина приглашала также своих родителей, но они не приехали, сославшись на дела по хозяйству. Вместо этого отец Кристины принялся готовить для молодожёнов домик своей матери, который был записан на дочь. Эрнст и Кристина, как мы уже знаем, собирались жить именно в нём.
Отец Кристины Пётр Сергеевич Бельский был крепким мужчиной пятидесяти лет. Работал он в Первомайске зоотехником на местной животноводческой ферме. Кроме Кристины – старшей дочери – у него было ещё два сына, пятнадцати и четырнадцати лет. И вот теперь они все втроём приводили запущенный дом в божеский вид. Работа была проведена большая – поправлены покосившиеся стены, заменены прогнившие полы, вставлены новые стёкла в оконные рамы. В доме уже десять лет никто не жил, и он пришёл в упадок. Работа кипела в руках троих крепких мужчин, не привыкших ждать милостей от судьбы, но всего добиваться самим. Пётр Сергеевич уже знал, что у него родился внук Саша и поэтому сейчас с особой теплотой и любовью отделывал помещение будущей детской. Два его младших сына прилежно помогали ему в этом.
