Убивая тени полностью

Я чувствовала себя самой большой неудачницей из-за того, что подвела Ника.

В тот вечер вместо того, чтобы свернуться клубочком рядом с Патриком, я обхватила Джейка, притянув его дрожащее тело к груди. Не находилось слов, которые могли бы облегчить его боль, как и извинений, способных вернуть Ника. Но я могла сделать это. Обнять его.

В прошлом я считала, что никогда не любила прикосновений, потому что они слишком интимны, потому что позволяли людям подойти достаточно близко и ослабить мою волю. Сломить меня. Но правда заключалась в том, что это уже давно произошло. И именно сломленные, израненные части души я не могла доверить другим. До сего момента.

До того как мы вступили в Туман, где нас объединило нечто большее, чем страх.

В какой-то миг Джуд прошел мимо, задержав взор на том месте, где мое тело соприкасалось с Джейком.

Когда мы встретились взглядом, в глазах капитана промелькнуло что-то непостижимое, а челюсть напряглась. Представлял ли он себе мою руку? Жуткие шрамы, осквернившие кожу? Было эгоистично думать о подобном, но я ничего не могла с собой поделать.

Никогда еще не чувствовала себя столь уязвимой; и сердце пропустило несколько ударов, когда капитан прервал наш зрительный контакт и тяжелой поступью ушел прочь. В ту ночь он спал на другой стороне нашего лагеря, так далеко от меня, как только возможно.

Открыв глаза после беспокойного сна, я ощутила холод на коже и пустоту в руках.

Поднявшись с места возле угасающего костра, пока остальные обитатели лагеря только просыпались, я направилась к дереву, где теперь навеки будет покоиться Ник.

Меня мутило от того, что мы похоронили его здесь, где он поддался Туману и его власти, но у нас не было выбора.

– Джейк. – Я положила руку в перчатке ему на плечо, когда обнаружила друга перед деревом.

Опустившись на колени, он смотрел туда, где гравий и Туман скрывали тело нашего павшего рекрута. Джейк вздрогнул, когда я села рядом с ним, коснувшись его ноги.

– Я не представляю, как дальше жить без него, – голос Джейка сорвался. – Мы были неразлучны с пяти лет. Друзья. Братья.

Я молчала, давая другу возможность выплеснуть горе, которое грозило сокрушить его.

– Родители никогда не были важной частью моей жизни. Всякий раз, когда отец тратил все наши сбережения на эль или проигрывал их в карты, Ник тайком приносил мне хлеб или остатки ужина из своего дома. Таким образом он впервые спас мне жизнь. – Джейк смахнул выступившую слезу, шмыгнув носом.

– Случился и второй раз? – спросила я, массируя плечи Джейка, пока он плакал. Боль в груди начинала пульсировать.

Благоговейно дотронувшись до земли, Джейк ответил:

– Во второй раз он спас меня, когда показал, что я не один. Пусть я не мог предложить многого, но у меня был тот, кто заботился обо мне. Тот, кто оплакивал бы меня в случае кончины. – Джейк усмехнулся. – Говорю как треклятый хлюпик.

Я решительно покачала головой.

– Может, я и не знала его так хорошо, как хотелось бы, – нерешительно начала я, осторожно поворачивая лицо Джейка к себе. – Но, похоже, он очень любил тебя. Немногим из нас повезло иметь такую нерушимую связь. – Я сглотнула комок, который неустанно появлялся, стоило мне только подумать о Лиаме. – Ник бы пожелал, чтобы ты продолжал жить. Наслаждаться жизнью и чтить его, вспоминая только хорошее.

И Ник был замечательным. Смешным, саркастичным и очень душевным. Складывалось ощущение, будто кто-то отрезал нам конечность, будто наша маленькая разношерстная компания потеряла что-то невероятно важное – частичку единого сердца. Оно никогда теперь не забьется в прежнем ритме.

Джейк зажмурился, отворачиваясь от меня.

– Горевать тоже нормально, Джейк. Чувствовать всю эту боль. – Я наклонила подбородок и прижалась к нему, упершись плечом в грудь друга. – Ты, Ник и Патрик были рядом, когда никто больше не смотрел в мою сторону. Вы стали мне друзьями. – Комок в горле увеличился. – Но ты не один. Больше не один. Я знаю, что не сумею полностью заменить его. Никогда не займу место Ника. Но я обещаю тебе вот что… С этого момента ты мой друг, мой брат. Моя семья.

Меня поразило, как легко эти слова сорвались с уст. И сколько смысла я в них вложила.

В лице Джейка у меня появился брат. И еще два в лице Патрика и Алека. Теперь мы вместе против проклятия богини. Против гибели нашего королевства. Мы либо победим вместе, либо умрем вместе, и это нас связывало.

Из его опухших глаз потекли слезы, одна за другой слезинки исчезали в клубящейся дымке, когда луна скрылась за пеленой облаков.

Я уже собиралась оставить Джейка наедине с его горем, чтобы дать ему возможность спокойно оплакать друга, как вдруг на мою руку легла тяжелая ладонь.

– И ты, Киара Фрей, мой друг. Моя сестра. Моя семья. – Джейк сжал мне пальцы, и между нами установилось невысказанное понимание. Он бросил короткий взгляд на мою руку в своей ладони и кивнул. Я не спрашивала, в курсе ли он, что скрывается под перчаткой, видел ли он шрамы. Поскольку осознала, что это не имеет значения.

Так мы и сидели бок о бок, переплетя руки.

Я не тешила себя иллюзиями, что это наше последнее погребение.