— Ну, чего уставились!? Не видите — плохо ему! А ну расступись, к лекарю сейчас его доставим! — как во сне услышал он рядом мужской голос. Две пары сильных рук подхватили его и поволокли подальше от городской суеты.
Очнулся эльф в пустом заброшенном дворе. Тело хоть и с трудом, но все же приходило в себя. Что же касается неизвестных, то они сразу же исчезли, как только доставили его в это место. Читай на Книгоед.нет
— Вальгир, правильно я называю тебя? — внезапно предстала перед ним черноволосая женщина.
— Ты права, но что все это значит? — рука эльфа по привычке потянулась за спину, но своего верного лука там не обнаружила. Ножны на поясе тоже оказались пусты.
— Твое оружие у меня, — предупредила незнакомка. — Дабы избежать лишнего насилия, скажи мне откровенно — где прячется Аллард?
— Впервые слышу это имя.
— А глаза не знают куда себя деть, — звонко засмеялась женщина и показала эльфу пергамент. — Видишь это? Ты же принес его одноглазому?
— Даже если и я, что тебе с того? — гордо ответил Вальгир, мысленно готовясь к худшему.
— Хм… да собственно ничего, — равнодушно пожала она плечами. — Хочу, чтобы ты передал кое-что своей королеве или как вы там еще ее называете.
— Я слушаю тебя, женщина.
— Во дворце ждут голову Алларда Уинсона. Причем ждут с большим нетерпением. Живым он не нужен, хватит и этой части тела. Эльфы отдают нам голову, а королева Алисия сохраняет старые договоренности и передает им Хелиндельсельв.
— Лес и так принадлежит нам! — воскликнул от возмущения Вальгир. — Сама королева клятвенно заверила мой народ в этом!
— Наивный! Королевское слово так же легко забрать, как и дать его! Считай, что все прошлое уже не имеет силы.
— Воистину коварство людей не знает границ!
Черноволосая лишь снова рассмеялась, дивясь этой эльфийской простоте.
— Подумай! Голова жалкого человека за целый Хелиндельсельв! Разве это не щедрое предложение?
— А если откажемся? — тут же спросил Вальгир, и черные глаза женщины налились суровой злостью.
— Мы сожжем ваш проклятый лес и обильно посыплем землю солью, чтобы больше ни одно дерево там не выросло. Мы будем убивать всех подряд, пока весь ваш род не исчезнет из этого мира. Ты даже не представляешь, на что способны люди, когда такие жалкие создания становятся на их пути.
Эльф в ярости рванулся было к ней, но к счастью ноги его по-прежнему были слабы.
— До дома путь не близкий. Обдумай все по дороге и слово в слово передай своей правительнице. Судьба вашего народа теперь в ее руках. И отчасти в твоих.
Женщина бросила неподалеку от эльфа отнятое у него оружие, а сама не спеша скрылась в темной арке двора.
* * * *
Холодный северный ветер внезапно стих и на западе, с трудом раздвинув тяжелые осенние тучи, показалось солнце. Показалось, чтобы бросить на остывающую землю Арондала последние лучи света и уступить свое место бледной покойнице луне.
По полям и низинам черной холодной гладью озера уже растекалась темнота, а Хелиндельсельв все еще сверкал пестрым островом среди наступающих осенних сумерек. В эти дни прощания с жизнью великий лес был особенно красив и печален. Грусть переполняла его вековые деревья, чистый и прозрачный воздух, живительные родники. Все вокруг замерло в странной тишине, готовясь в очередной раз погрузиться в мертвый зимний сон. Лес знал, что вновь воскреснет весной, но как же страшно было засыпать в эту безумную эпоху войн.
Кому суждено проснуться с первыми криками вернувшихся жаворонков? А для кого этот сон станет вечной смертью? Молчание служило ответом на эти вопросы. Порой судьба бывала слишком капризной даже по отношению к своим предсказателям.
В самом сердце леса под могучим дубом с развесистой кроной стоял невысокий широкоплечий мужчина. Серый плащ, в который он закутался, скрывал потрепанную, уже потерявшую вид дорогую одежду, выдававшую в нем человека, имеющего высокий титул при королевском дворе. Гибкие руки бесцельно крутили сухую ветку, а отрешенный взгляд серых глаз был направлен куда-то вглубь лесной чащи и совсем потерялся в ее удивительной тишине.
Ничто не могло нарушить устоявшуюся гармонию с природой. Но внезапно раздавшийся за спиной мягкий певучий голос безжалостно вырвал его из этого состояния.
— Твоя рана уже зажила, но тело до сих пор бездействует, — сказала эльфийка, бесшумными шагами приближаясь к нему. — Ты так много сделал, но теперь вдруг остановился на середине пути. Однако вместе с тобой так далеко зашли и многие другие, в том числе и мой народ. Мы сожгли мосты позади себя и теперь можем лишь идти вперед навстречу долгожданной победе или славной смерти. И этот путь мы можем закончить только вместе с тобой.
