Критир выпил лекарства и поспешно покинул свою спальню. Страшно! Что он бы делал, если в ней проявился бы ранний интерес? А если бы он не сообразил спросонья? Ему снился отличный сон про взрослых лесных дев, между прочим! И она уже не такая и маленькая. Сколько ей там уже? Нет, надо было еще давно найти способ ее отвадить от своей спальни!
День прошел небывало спокойно и мирно. Ни надулась, но смирно сидела в библиотеке за столом с открытым Учением Архи перед собой. Критир даже удивился тому, насколько послушной она может быть. Не перегнул ли он с утра со строгостью? Ладно, подуется и отойдет, у нее это быстро проходит. Обычно даже слишком уж быстро…
Он спокойно разобрал рабочие бумаги и наконец-то хоть немного продвинулся в исследовании символов Эйрола, предполагаемых для использования в строительстве барьеров. Если что и было слабым местом Критира — так это понимание иррационального учения и техник Покровителя чувств. Они настолько тяжело поддавались осмыслению, что с ума сойти можно, пока разбираешься. Их нужно ощущать, а чутьем адептов Эйрола исследователь не обладал. Эх, где же ты, Ог? Это по твоей части. Как тебя сейчас не хватает, друг! Критир задумчиво достал тусклый охряный проводник из-под стола. Связи нет. Ожидаемо. Но неужели нельзя хоть иногда отправлять что-то? Или… Нет, он точно в порядке. Уж кто-кто, а Ог точно не пропадет!
Проверив вечером переписанные части Учения Архи и отпустив хмурую девчонку, окруженную аурой едва сдерживаемой ярости и едва ли не пускающую лучи ненависти из глаз, Критир вернулся в свою пустую спальню и расставил мольберт. Наконец-то. У него накопилось столько фантазий для работ!
Вечер прошел волшебно. Окруженный изображениями обольстительной лесной девы в самых притягательных позах, он наконец-то излил хотя бы часть накопленной за это время неудовлетворенной похоти, столь свойственной потомкам рода Эрва. Чудесно…
Собрав золотистой дымкой семя, Критир закопал его под кустом жасмина у окна и разлегся на кровати. Такая приятная энергия. Хотя ее хозяйка и поступила сегодня утром нехорошо, но за день вполне, кажется, осознала и искупила вину. И рисунки неплохие получились. Критир улыбнулся, лениво собрал золотистой дымкой работы в папку, спрятал ее в стол, подальше от любопытных глаз, и подвинул мольберт к окну.
Славно! Столько успел. Вот только не выспался сегодня. И Ни дуется опять, но она заслужила, да и отойдет. Надо бы умыться и ложиться…
Критир выпил вечерние лекарства, нехотя поднялся и направился в ванную. Она еще хранила влажное тепло и аромат жасмина в воздухе. Любит же Ни эти цветы! В общем-то, как и остальные лесные девы. Ни одного заповедника без этих пахучих кустов не обходится…
Наскоро обмывшись, он с улыбкой вернулся в спальню и нашел в своей кровати развалившуюся на боку ученицу, сверкавшую обнаженными пухлыми плечами из-под одеяла и увлеченно изучающую перед сном какую-то книгу. Улыбка сползла с его лица. Зря переживал! Слишком уж быстро она отходит! Нет, надо дожать этот вопрос. Ох, воспитание — это так непросто! Он вздохнул, собирая в кулак всю свою решимость.
— Ни, марш к себе.
— Учитель, ну пожалуйста! Я пыталась лечь у себя, но без тебя непривычно!
— Привыкай, — сухо ответил тот, твердо решив сегодня выдержать строгость.
— Неужели тебе настолько жалко? — Ни надула губы.
Критир опешил. Что вообще можно ответить на такое?!
— Ты смотрела и трогала меня без разрешения! Разумеется, я возмущен! — захлебываясь в эмоциях, сбивчиво пояснил он. Кажется, получилось немного неправдоподобно. Ну вот.
— Можешь тоже потрогать меня в ответ и будем квиты, — примирительно предложила та.
— Я смотрю, ты плохо усвоила уроки Архи, — тяжело вздохнул Критир.
— Они ус-та-ре-ли! Кто сейчас, кроме ее служительниц, одевается в соответствии с ее наставлениями? Кто до брака не позволяет себе и мысли о мужчине? И вообще, мы живем вместе уже кучу лет и делим одну кровать Ловы знают сколько времени, с чего бы вдруг все те положения про спальню мужчины начали на нас распространяться? — тягостно простонала Ни, валяясь и яростно колотя в порыве чувств по постели.
— Ни, быстро. Если не успеешь уйти до того, как подойду к кровати, я тебя вытащу отсюда силой. А завтра повторим Учение Архи, — нахмурился он, устало потирая лоб.
— Учитель! — Ни надулась, но все же проворно выскользнула из кровати, сунула под мышку книгу и перекинула через плечо свое платье. Проходя мимо Критира к выходу, она пробурчала:
— Из-за какой-то ерунды выгнал меня. Мне вот для тебя ничего не жалко. А ты не любишь меня.
— Люблю. Потому и выгоняю, — хмыкнул Критир и, приобняв за плечи, чмокнул ее в ароматную макушку.
— Если любишь, погладь меня по спинке, пока я не усну, — как обычно, не стала упускать возможность Ни.
— Хорошо, — с облегчением рассмеялся он и проследовал за ученицей в ее комнату.
