— Да, теперь примерно в два раза шире, чем раньше. Темнеет где-то на день-два. Потом начисто сгнивает и уже не растет.
— Похоже на действие дыхания Иста.
— Ох, зришь в корень! Эти… — он покосился на сестру, — сектанты проводят мерзкие ритуалы, которые провоцируют возникновение прорывов. От некоторых несет гнилым дыханием так, что аж выворачивает.
Критир заинтересованно посмотрел на Гая. Может быть, он помнит ритуалы? Вдруг найдется способ прервать их на расстоянии или еще что-то…
Хлопнула входная дверь.
— О, Карн пришел! — Ни подскочила и упорхнула в холл.
Гай вопросительно посмотрел на друга отца и тот, чуть улыбнувшись, подмигнул ему:
— Мой ученик. Эти двое неплохо ладят.
В гостиную вошел бледный черноволосый парень в форме старшего адепта общины Кона, по-хозяйски развалился на подушке за столом, бесцеремонно придвинул к себе кружку сестры и подлил себе в нее чая. Ни села между гостем и братом, и познакомила их:
— Гайтран, мой брат. Карн, старший ученик.
— Очень приятно, — хрипло отозвался парень с насмешливой улыбкой и протянул руку.
У Гая от этой ухмылочки волосы дыбом стали, но он все же пожал мозолистую руку, глядя в притягательные черные глаза и дивясь себе. От прикосновения к горячей руке парня его чутье опасности и вовсе зашкалило. Силен… Карн достал из сумки коробку с пирожными и поставил перед сестрой.
— Твои любимые, Ни.
— О, спасибо! Гай, хочешь попробовать?
Парень попробовал одно и сморщился, поспешно запивая чаем:
— Даже отец настолько острое не ел, сколько здесь перца?!
— Странно, вроде немного остринки только, — Ни попробовала немного, удивленно пожала плечами и принялась уминать за обе щеки.
Гай с улыбкой следил за сестренкой. Такая непосредственная! Вроде с виду девушка, а так посмотришь — ребенок ребенком.
— Кавн, бвин, опвять мою квужку увел! — с набитым ртом возмутилась та, забирая обратно чай и допивая за ним.
Тот хрипло рассмеялся, неотрывно наблюдая за ней. Гаю его взгляд совершенно не нравился. Это братская ревность? Он смущенно отвернулся.
— Балуешь меня. Опять объелась, аж тяжело… — вздохнула Ни, поглаживая живот.
— Так коробку пирожных разом вточить, немудрено, — хмыкнул Критир.
— Вкусно же!
— Ни, раз уж поела, сходи до лаборатории, принеси чертежи последних схем, пожалуйста.
— Ну-у…
Ни тяжело поднялась и вышла. Поймав взгляд Критира, Гай накинул заглушку на комнату и вопросительно посмотрел на друга отца.
— Так вот, Гай, насчет Иста… Можешь показать все, что сектанты делают?
— Ну и мерзости же ты просишь, дружище! Да еще и за столом! Ну ща…
Гай наклонился ближе и прислонился к их лбам, передавая воспоминания. Показав последний особенно мерзкий ритуал, он отстранился и опустил взгляд. Стало стыдно, что он просто смотрел, и ничего не мог сделать. Кулаки сжались сами собой. Критир задумался, нахмурившись. Карн намазал булочку джемом и подлил чаю.
— Как ты можешь есть после этого?! — выпучил глаза Гай.
— А что такого? — тот спокойно прожевал и проглотил булочку.
— После первых разведок меня по три дня полоскало при виде любой еды!
— О, у тебя слабый желудок, Гай? — насмешливо спросил Карн, попивая чай из кружки сестры.
— Противно же! — опешил тот.
— Мы же просто посмотрели схему ритуального заклинания, — пожал плечами Карн.
— И впрямь никак не вмешаться в эти проклятые ритуалы, кроме как напрямую, — Критир, поморщившись, вздохнул и тоже подлил чаю.
— Их выдумал настоящий безумец. Так ужасно! Живые до самого конца, даже когда нутро превращается в сплошную гниль. Так мучатся, — тяжело вздохнул Гай.
— Разумеется. У них души привязаны, куда денутся, — хмыкнул Карн.
— Привязаны?
— Да, очень похоже, — кивнул Критир.
— Эх, как вспомню, аж руки чешутся всех этих уродов прибить. Чет Ни долго нет, да?
— Потому что схемы здесь, — хитро улыбнулся Критир, вытащив бумаги из-под стола.
— Вот оно что!
— Иначе не выгонишь, начинает все свое «взрослая», ой… — Критир поморщился и потер лоб. — Приходится хитрить. Можешь снимать заглушку.
Гай щелкнул пальцами, отменяя технику, и громко позвал:
— Ни, мы тута их нашли!
Критир разложил схемы на столе и повел пальцем, показывая элементы узора и объясняя их. Гай сморщил лоб. Эти все схемы настолько далеки от его понимания… О Ловы, как же не хватало образования! И почему он бегал от уроков отца в детстве? Еще перед этим с ухмылочкой опозориться не хватало…
К счастью, Критир задавал конкретные вопросы про особенности работы и сочетания тех или иных рун Эйрола. Уж в чем-чем, а в этом-то Гай разбирался! Он охотно объяснил, как получится, а как нет, и какие побочные эффекты будут, иногда украдкой поглядывая на ученика Критира.
Карн будто не интересовался заклинанием вовсе. Он переплетал волосы сестры, с горящими глазами изучающей схемы и слушающей пояснения брата и Учителя. Вот ведь какой! Так и хотелось ударить по рукам этого парня! И Ни позволяет. Или просто не замечает? Поймав насмешливый взгляд Карна, Гай внутренне закипел, но погрузился в схемы. В конце концов, сестренка растет. Это же нормально, что она общается с парнями, верно?
