Ученик Истока. Часть I полностью

— Не для здоровья, конечно. Но для финальной оценки — однозначно. Удивлён, что госпожа Саррация на это согласилась. Полагаю, она и правда крайне высокого мнения о способностях дочери. Или, напротив, в них сомневается.

Подковы лязгали по влажному от ночного тумана булыжнику ритмично и громко, разгоняя зазевавшихся и невнимательных прохожих по тротуарам. В этой части города людей было больше, да и время подходило к началу трудового дня, и всё же гражданам хватало осторожности не подходить к беспокойному жеребцу чародея на чрезмерно близкое расстояние. Глаза-лимоны беспокойно вращались, обнажая розовые белки — шедший сбоку, Максим видел это слишком хорошо. Рельефные мышцы под короткой шкурой бугрились, перекатываясь как волны неспокойного моря, подвижные ноздри через вертикальные щели в наморднике жадно хватали воздух, пропитанный запахами человеческих тел. Шаги постепенно становились резче и вскоре потеряли прежнюю твёрдость — и вот из глотки донёсся первый не свойственный лошадям гортанный рык.

— Тихо, мальчик, — колдун казался спокойным. — Ты уже ел недавно.

Жеребец мотнул головой — карабины на хакаморе лязгнули по забралу — и, поводив с досадой ушами, вытянул шею вперёд. Только глаза, напряжённые и сосредоточенные, кровожадно провожали каждого проходившего мимо вертикальными зрачками не толще листа бумаги. Чёрный хвост со свистом рассёк воздух, как если бы конь от бессильной злобы хотел стегануть от души по лакомым целям — но горожане, расслышав слова магистра несмотря на городской гвалт, сообразили расступиться.

На ведущую из города двухполосную дорогу выезжали с единодушным облегчением, последней вехой на пути являлся контрольно-пропускной пункт, и чем ближе он становился, тем быстрее у юноши билось от предвкушения сердце. Ему не терпелось посмотреть на поведение стражей — уж слишком хорошо он помнил грубые шутки и неприкрытые намёки, услышанные в ту ночь. Путь через южные ворота отличался особой шириной и загруженностью: столица, как запомнил Макс из рассказов Каглспара, являлась самым северным городом королевства, так что всё транспортное сообщение с другими крупными городами страны осуществлялось преимущественно с юга. Неудивительно, что и на въезде, и на выезде странников проверяли внимательно и при малейшем подозрении на незаконное поведение просили пройти на тщательный персональный досмотр. Вот только сейчас речь шла не о странствующем торговце или случайном барде — речь шла о чернокнижнике, в незаконной деятельности которого никто даже не сомневался… и которого совсем не хотелось тормозить.

— Доброе утро, господин магистр, — наполовину седой страж с недельной щетиной, отставив массивную алебарду, но не выпустив её из рук, отвесил Захарии что-то, что можно было при желании назвать полупоклоном, пусть и с большой натяжкой. Больше напоминало обычный кивок с не сильно опущенными плечами.

— Приветствую, капитан Десель, — кивнул в ответ Захария, остановив Дрозда на обочине. — Прежде чем вы спросите: путь держим на овчарню мастера Оскара, этот молодой человек — мой подмастерье, в сумках вывозим книги по магии исцеления, механические инструменты для хирургического вмешательства и ингредиенты для зелий: очищающие травы, замыкающие камни, свечи, магические жидкости…

— Помилуйте, магистр, — нахмурился и поморщился мужчина, лицо которого Максиму почему-то показалось знакомым. — Я и не думал вас досматривать.

— Я знаком с порядком и чту закон, капитан, — почти промурлыкал в ответ чародей, — Поэтому, раз есть приказ, мы, разумеется, беспрекословно ему подчинимся.

— Не стоит…

И имя это я где-то уже слышал, — парень с интересом наблюдал за попытками стражника сохранять хладнокровие и вдруг заметил приближение его напарника. — О, а вон там Йен, этого я хорошо помню.

— Я слышал, — брови Захарии иронично приподнялись, на сухие губы вернулась злобная и довольная улыбка, — С пятнадцатого числа месяца Каитайн вступил в силу указ проверять всех, кто покидает столицу, не имеет значения ни статус, ни планируемый срок отсутствия.

— Да, господин, но у гарнизона нет разрешения на досмотр ваших вещей, — нехотя пояснил капитан с таким видом, словно не должен был и не горел желанием этого говорить. Дрозд не двигался и не мигая смотрел на служивого в упор, но гвардеец оставался поразительно невозмутим. — Указ Его Высочества не распространяется на чародеев вашего ранга.

— Вот оно как. Что ж, приятно, что мои заслуги отметили по достоинству, — колдун сделал вид, что польщён. — А если я, скажем, нарушу закон и избегу суда, потому что вы не проверили меня при выезде из города, кто понесёт наказание?

Десель прикрыл глаза и вздохнул, стараясь сделать это как можно спокойнее. На лице его, однако, появилась простодушная улыбка.

Походу, у Захарии прикол такой — людям жизнь усложнять.

— Не могу знать, господин, — ответил наконец капитан. — Полагаю, я и другие солдаты, не досмотревшие вас и ваши вещи.