Хотя Макс далеко не на «отлично» учился по географии в школе, он что-то не припоминал, чтобы в России существовало место с хотя бы приблизительно похожим названием. Родина-то его, конечно, необъятна и всё такое, но… Эпиршир? Звучит больше как название графства в Великобритании. Не мог же он, в самом деле, добрести в своём беспамятстве, скажем, до Англии? Да и как он на остров-то бы попал? Не вплавь же? Да и с хрена ли англичанину на русском-то говорить?!
— Ага, — кивнул, не поворачиваясь, Спар. — Эпиршир. Восточное побережье полуострова Паберберд.
— П-паб-бер… что?!
— Сиди смирно, Максим-фамилия-Вороновский, — Каглспар почувствовал, как содрогнулась телега при попытке Макса подняться на ноги, обернулся и кинул на него такой взгляд, что любой бы присел. — Понимаешь теперь, почто я так нехотя тебе отвечаю? Да и ты пока не готов ни к чему. Ты и Путник-то…
— Вы мне объясните, что происходит?!
— Не ори, етить твою!.. Плушу мне напугал, балда.
Справедливости ради, Плуша куда плотнее прижала уши к голове, когда рявкнул её непосредственный владелец, чем когда закричал Макс. Возничий недовольно дёрнул плечами и снова отвернулся от шумного пассажира.
— Паберберд — это наш полуостров, башка твоя пустая. И нечего так голосить. Сказал же: тебе всё мастер объяснит. Правда, до него ещё доехать надо, дорога дальняя, а ты вон нервный какой, кобылу мне пугаешь. Словом, будешь буянить — ссажу с повозки, и топай своими ногами в Эпиркерк али Эпфир, уразумел? А если хочешь ответов — помолчи и утихомирься. На этой дороге бандюганов как собак нерезаных.
Неизвестно, что лучше подействовало: угроза расправы бандитов, громкий голос Спара или нагромождение незнакомых географических названий. Но Максим ошибку осознал, лёг на дно телеги и тревожно свернулся калачиком, зарывшись лицом в солому. Ну вот как так всё вышло-то, скажите? Только что шёл по Автозаводской в сторону дома, оставалось пару домов пройти, и вернулся бы к маме. А тут вдруг какие-то Каглспары, Эпирширы, Пабербр… пабербрб… тьфу ты! Что за подстава?!
А главное — не сбежать. Пускай телега и катится со скоростью километров десять от силы, если Макс и правда попробует с неё спрыгнуть — возничий в бешенстве его отловит и обратно усадит, в этом сомнений не возникало. Спар, кем бы он ни был, твёрдо вознамерился отвезти подобранного пацана к какому-то «мастеру». Да и сбежит Максим, предположим — куда потом? Вокруг леса да поля, какие-то головорезы на телеги нападают периодически… дикие звери, в конце концов. Была бы карта или хотя бы компас… Точно!
Осторожно сунув руку в карман, юноша попытался нащупать мобильный телефон. Там-то дальше дело пары пустяков: включить интернет, залезть в первую попавшуюся программу с картами и выяснить, куда его занесло и как отсюда выбраться. А потом можно будет и слинять тихонько, когда здоровяк задумается или ещё что…
Телефона в кармане не оказалось. Сердце пропустило удар, а затем вдруг отчего-то забилось вновь уже гораздо спокойнее. Возможно, Макс в глубине души просто-напросто сдался, а может, взяла своё усталость — так или иначе, ещё один путь отступления закрыт. Остаётся ждать, пока странный сопровождающий не довезёт его до какой-никакой цивилизации — должна же, в конце концов, куда-то привезти эта дорога?
Над миром тем временем вставало мягкое солнце. Утренние птицы уже вовсю заливались песнями в кронах деревьев, растущих вдоль дороги и сплетающихся над головой проезжающих ветвями. Умиротворяющая картина, если не учитывать, что один из тех, кто ею любовался, находился в шаге от истерики. Оставалось только надеяться, что днём здесь хотя бы не жарко: духоту Макс переносил ещё хуже, чем эмоциональное перенапряжение.
Мягкое движение телеги по грунтовой дороге и лёгкое её покачивание, мерный стук неподкованных копыт, поскрипывание рессор — все звуки и ощущения наряду с теплеющим воздухом оказывали не только успокаивающий, но и практически снотворный эффект. Вероятнее всего, сказалось и то, как сильно себя измотал переживаниями Максим, и перемещение в какую-то глушь — очевидно, что не на транспорте его везли раньше. Как бы то ни было, он незаметно для себя провалился в дрёму — и вышел из неё так же легко, когда где-то совсем рядом зашумела вода.
Плуша — симпатичная и упитанная рыжая кобылка — бодро вышагивала, высоко поднимая тяжёлые ноги с густо обросшими бабками, по каменистому дну мелкой речки, таща через поток незагруженную повозку. Слева от Макса и вверх по течению, метрах в трёхстах, шумел невысокий водопад, на вершину которого сосредоточенно глядел Каглспар. Юноша против воли проследил за его взглядом и успел заметить только рога, сверкнувшие и тут же исчезнувшие за высотой.
— С этими тварями нужно быть настороже, — с расстановкой протянул мужчина едва слышно. — Они безобидные, когда по одиночке, но со стадом шутки плохи.
— А кто это был? — приподнявшись, чтобы получше рассмотреть обладателя ветвистых оленьих рогов, спросил Максим.