Я прислонился разгоряченным лбом к камню, закрыл глаза. Стоило дать слабину, и накатила усталость, даже мысль сдвинуться с места вызывала протест. Три дня на горе Тяньмэнь я постоянно сражался — с духом проклятого леса, обезумевшим стражем ущелья, паукообразными тварями, с возомнившим о себе невесть что крысюком Шу и вышедшим из-под контроля фохатом в собственном теле.
А ведь это фундамент без здания на нем! Самая трудная часть — проникнуть в обитель, найти учителя Лучаня и освободить его — впереди! Справлюсь ли? Обязан! Иначе никогда не прощу себе.
Немного отдохну, пару минут, не более, и пойду дальше.
Жизненный путь складывается из десятков тысяч дней…
— … если бы этим вечером ты должен был умереть, что бы ты сделал? — Линг обслюнявил кончик пера. — Вот скажите! Почему мастер Пенгфей не мог дать для сочинения нормальную тему?
— Нормальную — это ту, которую ты бы списал в архивах? — съязвила Минджу, успевшая заполнить целый свиток мелкими иероглифами. — Поработай головой! Полезно! А то мозги скоро прокиснут.
В последнее время наставники повадились задавать нам вопросы, не имевшие однозначных ответов. Чья жизнь ценнее — десяти обычных человек или одного заклинателя? Придумайте убедительное оправдание для преступления, которое не заслуживает прощения?
Что вы сделаете в последний день перед смертью?
Утро выдалось теплым и ясным, радуя лазурью безоблачного неба. А потому размышлять над аспектами бытия мы отправились в Сады Тишины, полагая, что царившее под сенью персиковых деревьев умиротворение настроит на нужный философский лад.
С ладами было туго.
— Не вредничай!
Линг попытался заглянуть подруге через плечо, получил щелбан и обиженно потер лоб.
— Я вот считаю: говорить о смерти всуе значит кликать ее! — заявил Куан, укладываясь на траву и устремляя взгляд в небо, опутанное сетью листвы. — А вы что думаете?
— Что вы, мальчишки, горазды сочинять оправдания собственной лени, — проворчала Минджу. — Яньлинь, ты закончила? Пойдем!
— А списать? — заикнулся Линг.
Минжду хмыкнула и показала язык. Подхватила заколебавшуюся Яньлинь, утягивая за собой.
— Жадная жаба! — крикнул ей вслед Линг. Мечтательно вздохнул: — Если бы мне предстояло сгинуть, я бы наших девчонок за грудь полапал! А что? Все равно умирать, так пусть меня лучше Минджу и Яньлинь убьют.
— Только попробуй, и я первым тебя прикончу, — буркнул Хуошан.
Быкоголовый все еще злился из-за прошлого турнира, когда Линг «случайно» увел победу прямо у него из-под носа, и страстно мечтал отыграться. Наивный глупец не понимал, что при их текущих умениях результат схватки будет аналогичным.
Линг обидно рассмеялся.
— А если сбежать? — задумался Куан. — Допустим, мы знаем о смерти, наверняка и причина нам известна. Можно попробовать изменить судьбу.
— Не-а, — возразил Линг. — В задании сказано: «сдохнем». Значит, сдохнем. И точка! Саньфэн, ты чего молчишь?
