Народ в королевской гвардии служил неразговорчивый и нешумный, по крайней мере, до нас не долетали те короткие фразы, которыми обменивались служивые. Хотя я ничего против и не имел, шума за последние два дня мне хватило. Да и остальные мои спутники притихли — у всех была тема для раздумий, причем у каждого — своя.
Я, например, рассуждал о том, что, возможно, на меня в детстве навели порчу. Нет, то, что я родился в нищем квартале, а после моя мать продала меня как какое-нибудь яблоко или поросенка, — это ничего, дело житейское. Не знаю, как где, а в моем родном королевстве так многие поступают, причем чаще всего не из-за нескольких медяков, а ради своего же дитяти. Так у него больше шансов не умереть. В богатом доме хоть как-то кормят, а на улице… На улице как на улице.
Так что детство вопросов у меня не вызывало. Речь шла о последнем годе моей жизни, ровно с того момента, как я попал на глаза мастеру Гаю. Именно тогда моя судьба и покатилась вниз, как снежный ком с горы. И липнут, липнут к этому кому все новые и новые слои снега, а гора — все круче. И земля все ближе. В какой-то момент этот ком об нее бахнется — и что от него останется?
Мало мне было того, что моя жизнь сейчас в руках какого-то старика, так я еще с королем поругался. Мало мне было суженой с характером и замашками ядовитой змеи, я обзавелся подружкой с еще большими тараканами в голове. Правда, последнее — следствие моей личной… Мнэ-э-э… Глупости? Неосторожности?
Но, если верить Ворону, все в этой жизни предопределено. Хотя после этой фразы он обычно добавлял: «Но в ваших силах сделать правильный и своевременный выбор, тогда предопределенное будет работать на вас, а не на судьбу».
С этим трудно спорить. Он обозначил наше ближайшее будущее, направил его в нужное ему русло, и вот сейчас я еду невесть куда, чтобы найти невесть что.
Так как же по-вашему — не проклят я? Да еще как!
Но ничего. Если выживу (а я выживу), то разберусь, кто меня так наказал, найду этого человека и сделаю так, что умирать он будет долго-долго. А если он уже умер, то займусь практической некромантией. Впрочем, это может быть проклятие не человека, а богов. С ними разобраться сложнее. Хотя какой во мне прок богам? Не та я мишень, меня с небес даже не разглядишь.
Вот так, потихоньку-помаленьку, за мыслями и ленивыми разговорами мы и добрались до места ночевки. Было оно обустроенное, можно даже сказать комфортное, имелась там пара навесов: один поменьше, под которым лежали заготовленные дрова, другой — побольше, как видно, для людей, поскольку под ним находилось обложенное камушками кострище. Шагах в двадцати от навесов тихонько журчал ручеек, обеспечивавший людей вкусной и холодной водой.
— Этот маршрут отработан до мелочей, — пояснил лейтенант, заметивший наши взгляды. — Все места привалов и ночевок определены давным-давно. И благоустроены.
— Матиас, Кастер, в дозор, — распоряжался тем временем его помощник, сержант Вагрант, немолодой и седоусый вояка. — Вы трое собирать дрова.
— Так вот же они лежат, — удивилась Флоренс, попутно одаряя улыбкой лейтенанта, который помогал ей спешиться. — Зачем еще?
— Лежат, — подтвердил сержант. — Но мы же сейчас их используем? А запас нужен всегда. Сегодня погода на славу, а вот в прошлый раз, когда я ехал на смену, гроза была такая, что от грома уши закладывало, и дождь лил так, что в шаге от себя ничего видно не было, какие там дрова. Вот запас и пригодился. Думать, мистресс, надо не только о дне сегодняшнем, но и о завтрашнем.
— Понятно, — покладисто ответила ему Флоренс.
— Опять же, — продолжил сержант, попутно приглядывая за тем, как его бойцы расседлывают лошадей. — Дров-то нынче вдвое больше уйдет. Вы же себе, наверное, отдельно готовить будете? У нас еда-то простая, вряд ли вы наш кулеш станете хлебать.
— Что за глупости! — Аманда спрыгнула с лошади на землю. — Еще как будем, если предложите, конечно. Мы небалованные.
— Чудно, — покачал головой сержант. — А по замашкам вроде благородные.
— Они будущие маги, — пояснил ему лейтенант и посмотрел на Гарольда. — Я ничего не путаю? А у них все не как у всех.
— Все верно, — подтвердил Монброн. — Да, мы будущие маги. И мы с радостью отужинаем с вами. Если надо какие-то припасы или вон дрова помочь собрать, так это мы с радостью.
— Отдыхайте, — коротко сказал лейтенант. — Мои ребята сами все сделают.
Произнесено это было таким тоном, который не оставлял возможности для спора. Да, впрочем, никто спорить и не собирался.
— Все-таки неправильно получается, — озадачилась Луиза, когда мы отошли в сторонку от суеты и уселись под раскидистым деревом. — Они нас охраняют, кормят, а мы… Как-то это…
Все-таки Ворон добился своего, он может с чистой совестью погладить себя по голове. Еще год назад эта малышка подобное восприняла бы как должное, а сейчас ей не по себе. Посторонние люди делают все, чтобы она поела, а сама она к этому никакого труда не приложила.
Ровно год понадобился нашему наставнику для того, чтобы так изменить человека. Что же с нами всеми будет тогда, когда мы получим посохи?
