– Дэмиен, – вмешалась сзади Кили. – Миз Сэйдж, честно, невелика потеря. Всё к лучшему.
Эви вздохнула и зажмурилась.
– Луна! – позвала она, и рядом замерла пикси с фиолетовыми крыльями. – Напиши на доске случайных убийств «ноль».
У них есть доска для случаев, когда босс кого-нибудь убивает? Например,
Злодей буркнул:
– Так нечестно. Дэмиен не был стажёром.
– Цыц! Тати, Клэр? Готовы?
Татьянна подмигнула Гидеону, мимоходом похлопала его по плечу – его пробрало до костей.
– Сэр рыцарь, моё дело – секреты, а у вас их, сдаётся мне, множество. Я бы предложила особо не тянуть с ними.
Он попытался проглотить ком в горле, вызванный правдивостью её слов. Он мог бы рассказать Лиссе и Эви о том, как отец манипулировал им. Как Гриффин и король использовали магию самого Гидеона, чтобы навредить маме.
Их семью разрушила его слепота, его наивная вера во взрослых. Он посмотрел на Лиссу. Татьянна была права: в его голове было столько секретов, будто капканов, которые только и ждали добычи.
Секретов, которые низвергли бы империю, пожелай он этого. А может, и стоило бы пожелать.
Но не теперь.
Злодей скомандовал, выдернув Гидеона из раздумий:
– Гушикен и миз Эрринг за главных. Вернёмся к вечеру!
Судя по тому, как Блэйд хлопнул женщину в круглых очках по плечу и заулыбался, это и была миз Эрринг.
– Да что тебе можно доверить, чучело? За главную – я! – фыркнула она.
Блэйд прыснул, но Гидеон отвлёкся на большую зелёную лягушку, которая поскакала за уходящими. На голове у неё была… корона.
– Какое странное место, – поражённо произнёс Гидеон.
Миз Эрринг сложила на груди руки и буркнула:
– Ты и половины не видел.
Нетрудно было убедиться, что Эви изрядно преувеличивала свой навык верховой езды. Для начала, выносливость у неё была, как у золотой рыбки.
– А мож-но пе-ре-дох-нуть, – пропыхтела она, подскакивая в седле. Ей казалось раньше, что кататься на лошади – приятное времяпрепровождение, но всё тело болело от попыток удержать равновесие и не болтаться в седле.
– Напрягай мышцы корпуса, – посоветовала Клэр. Они уже больше часа ехали по извилистой тропинке в Ореховом лесу и, по прикидкам Эви, ещё и половины пути не одолели.
Она измученно махнула рукой:
– Какие ещё мышцы?
Услышав её, Злодей сразу же притормозил, дожидаясь, пока лошадь Эви всех догонит. Это животное всю дорогу проявляло чудеса терпения.
Тристан как-то странно посмотрел на Эви, и ей стало тепло. Он открыл рот – она задержала дыхание.
– Выглядишь больной.
Татьянна, которая без видимых усилий ехала рядом со Злодеем, сохраняя идеальную осанку, бросила на него сердитый взгляд.
– Кто тебя этикету учил? Стая волков?
Кингсли сидел на лошади Татьянны и качал головой вместе с Клэр.
Все перешли на неспешный галоп, и Злодей пристроился рядом с Эви.
– Я просто хотел сказать, что ты выглядишь так, будто не спала ночью.
– Я и не спала.
Он резко повернулся к ней, схватил поводья её кобылы и остановил обеих лошадей. Клэр и Тати переглянулись и медленно потрусили вперёд, вертя головами, чтобы всё расслышать.
– Почему? – спросил босс.
Над головами промелькнула красная птичка, Эви проследила взглядом за её полётом между деревьев – она взмывала к солнышку, а потом ныряла к земле. Лес становился гуще по мере приближения к восточной границе, солнце плясало в листве, расцвечивая лес яркими узорами. Выглядело, как в самом красивом сне.
Не отводя взгляда от босса, Эви невозмутимо сообщила:
– Меня встревожило количество подушек в вашей спальне. Несколько часов не могла заснуть.
Злодей бросил на неё сердитый взгляд и выпустил поводья.
– Не так уж много у меня подушек.
У Клэр впереди затряслись от смеха плечи.
– До сих пор, Трист? Я думала, что когда ты стал тёмным убийцей, то избавился от своей коллекции.
Эви ощутила, как в груди вспархивают крошечные задорные бабочки. В спину пригревало солнышко.
– Он их с детства собирает?
– Клэр, не смей, – рыкнул Тристан.
В этом не было необходимости: Татьянна уже рассказывала, только мелькали губы цвета фуксии.
– Помнишь, как мы их спрятали, Клэр? Он так взбесился!
– Да потому что вы воры! Я их на свои собственные деньги покупал! – бурчал босс, и его чёрный жеребец фыркал, будто соглашаясь.
Клэр злорадно ухмыльнулась:
– Я думала, тебе нравится воровать.
– Не когда воруют у меня, – фыркнул Злодей.
Кингсли поднял табличку: «ОДИНОКО».
Эви состроила жалобную мину и посмотрела на босса, чувствуя, как сердце замирает при одной мысли об этом.
– Поэтому у вас столько подушек? Потому что вам одиноко в постели?
Злодей отобрал у Кингсли табличку и плюхнул её в затянутую в розовое руку Татьянны.
– Не смеши меня!
– Боги, это была такая давняя привычка, что мы никак не могли понять, зачем они ему. У него всегда было по пять, шесть подушек. Малькольм думал, что к нему приходят с ночёвкой. Как-то раз мы вчетвером даже засели шпионить на всю ночь, но нет, все подушки ему одному.
