Возможность обрести власть над Природой модифицируя гены выводит человека в область невероятных возможностей творчества, своеобразного сюрреализма от науки и многие проекты напоминают фарс, даже трагифарс. Так при исследовании Туринской плащеницы из остатков крови и лимфы была выделена ДНК. К ужасу христиан всего мира появился проект выращивания из этих ДНК человеческих эмбрионов. Таким образом самого Иисуса Христа можно поставить на конвейер. Вот вам новое «духовное» человечество из пробирки. «Все станут как Бог!». Это уже не просто отмена Предопределенности (а в религиозном мире ясно кто все предопределяет), но акт богоборчества — все станут Богом. Клирики не зря опасаются что наштампуют легион антихристов.
Закончится история эволюции и эволюционного генетического прогресса, история Человечества, которому жить останется до первой грядущей Большой Катастрофы. На устройство различных катастроф, в том числе глобальных, человек сам большой мастер. Пока доподлинно неизвестно предназначение Жизни и Человека, то радикальные вмешательства в ход эволюции закончатся однозначно[265].
Пока подобный вариант лишь фантастика. Пока генетические изменения стоят очень дорого и доступны, по большей части только «золотому миллиарду». Уровня богатства и потребления которого большей части остального населения Земли не достигнуть никогда. Не хватит ресурсов. Поэтому генетический регресс одной меньшей части человечества будет компенсирован обострением «естественных» процессов социально-генетического отбора другой, беднейшей его части.
Изменить судьбу можно, только познав ее. Это уже не фантастика, но день сегодняшний. Даже знание основных реперных точек в геноме каждого конкретного человека позволяет с высокой долей вероятности выявить его способности и патологические предрасположенности. Так рождается новый «научный» фатализм.
Сегодня отбор будущих звезд спорта ведется уже не по антропометрическими данными: крепость мышц, сухожилий, скелета, быстрота реакции, утомляемость. Не по уценке упорства и характера, воли к победе. Но исключительно по лабораторному определению врожденных способностей, оставляя за боротом огромное количество соискателей. Помимо дорогостоящего генетического анализа в отборе будущих фаворитов сегодня с большим успехом применяют тестирование по отпечаткам пальцев, радужной оболочке глаза, тембральному спектру голоса. Т. е. тем же видимым проявлениям индивидуальных генетических особенностей.
Не за горами время, когда основным вступительным экзаменом при поступлении в высшие, даже средние учебные заведения станет генетический тест. Метод грозит стать основным при подборе будущих супругов, работников фирм, госучреждений, кадров армии, полиции и так далее. Если учесть что у подавляющего большинства способностей меньше чем патологических предрасположенностей, то судьба большинства незавидна и будет похожа на участь вышедших из тюрем. Им понадобятся приложение огромных усилий чтобы пробиться в жизни. Накопиться критическая масса недовольства «серых» людей, посредственностей чреватая самыми ужасными последствиями. Не так страшен бунт умных людей, как толпы вышедшей «из зазеркалья».
Pas de mal sans bien[266]. Само собой разумеется «генетический паспорт» выдаваемый при рождении окажется произведением «посильнее Фауста Гете», поскольку опровергнет совсем иной документ: «Мы находим самой собой разумеющимся, что все люди на земле рождаются свободными, равными и наделенными правом на счастье». Фундаментальную запись в метрике современной цивилизации.
Со всей очевидностью проявится что индивидуальный набор генов означает ИЗНАЧАЛЬНО заложенное генетическое неравенство. Что наличие особого «гена веры»[267] уже предопределяет подчиненность высшему началу — то есть рабскую психологию у значительной части населения. Выявление наследственных недугов (как говорилось выше: от 4 до 40 % популяции), предрасположенности к асоциальному поведению и порокам поставит точку на «стремлении к счастью» большинства рожденных. Какое уж счастье у неизлечимо больного[268]?
Подобное «опровержение опровержения» поставит западное общество в его любимую «амбивалентность» превратив однозначно трактуемый и транслируемый постулат утверждающий «сами собой разумеющиеся» права человека и личности в неразрешимый оксюморон. «Права человека» — то есть права «зеркальной личности» превратятся в пыль. Если вспомнить сколько сломанных копией и пролитой крови стоило утверждение этих постулатов, равно и их опровержение, то будущее западного общества вряд ли стоит медной полушки.
