Ярослав подробно объяснил Жене, как действовать, где они потом встретятся.
Она оделась, вышла из гостиницы и быстро направилась к воинской части №32752. Ей приходилось спешить. Было уже 9 вечера, до отбоя оставался всего час.
Тем временем надо было срочно решить вопрос с Ачияном. Он был их важным козырем, который нельзя было терять.
Ярослав спустился по лестнице. Крохотная бабулька всё так же сидела в своей люльке. С увлечением крутила кубик-рубик. От азарта она так раззявила рот, словно собралась проглотить разноцветную игрушку.
Ярослав подошел к столу Маши. Та по-прежнему вышивала свои цветочки-лепесточки. Ярослав объяснил ей, что познакомился с Ивановым из 12-го номера. И тот признался ему, что изрядно поиздержался, поэтому не в состоянии оплачивать свой дорогой номер.
– Он игрок, продулся в карты в пух и прах. Поэтому просит переселить его в номер попроще, – придумал Ярослав.
– Уж не вы ли его обыграли? – нахмурилась Маша.
– Боже упаси! Я только в шахматы, и то на интерес.
– Где же он успел так проиграться?
– Мало ли у вас тут постояльцев. Дурное дело не хитрое. Хорошо еще, что пистолет свой не продул.
Девушка на миг задумалась.
– Кажется, я догадываюсь. Это грубиян из 15-го номера постарался. Такой наглый, горластый.
– Может, и он.
– А почему Иванов сам не спустился?
– Стыдно ему. Офицерская гордость, знаете ли.
– Неужто в наше время такое бывает?
– Еще как.
Воткнув иглу в вышивку, Маша кинулась листать журнал учета.
– Вот. Есть у нас недорогой 35-й номер на вашем третьем этаже. Но он в самом конце коридора. Устроит?
– Давайте ключ. Только вот что, Маша. О том, что Иванов будет в 35-м – никому. Ладно? Он страшно боится позора. Просто панически.
– А если к нему придут и спросят?
– Скажите, что он… куда-то выехал. А куда, не знаете.
– Постараюсь, – потупилась Маша.
Ярослав с Ириной перевели шатающегося армянина из своего 27-го номера в 35-й. Переменили ему повязку, оставили еды и заперли, напоследок испугав:
– Только попробуйте сбежать. И никуда не высовывайтесь, если хотите получить снисхождение.
Но полковник и без того ни о каких активных действиях не помышлял. Как только они его усадили на кровать, он повалился мешком.
Ярослав с Ириной быстро собрались. Ярослав накинул на себя полковничью шинель Ачияна. Ирина заметила, что ему идет.
Но некогда было красоваться, приходилось спешить. Караваев знает, что ему звонили из гостиницы "У Берендея". Значит, вот-вот сюда заявится.
Выйдя на улицу, они огляделись. Слева было пусто, справа – загадочная тьма сквера. И смутные черточки стволов деревьев. За каждым из которых, возможно, притаились патрули.
– Пошли, – решился Ярослав.
Они быстро углубились в сквер.
– Теперь осталось найти дорогу к этой твоей развалюхе, – пробормотал он, сжимая руку Ирины.
– Разве ты не помнишь? Сам же вез меня туда в инвалидной коляске. Такой молодой, внучок, а уже склероз, – прибавила она старушечьим фальцетом.
– Да помню я, – хмыкнул Ярослав. – Просто раздумываю, как туда лучше добраться.
Идти через площадь не хотелось, был риск нарваться на военных. Поэтому он потащил Ирину закоулками. Пропетляв среди гаражей, они очутились в "кишке" между нежилыми домами.
– Ты уверен, что там не тупик?
– Не уверен.
Там и впрямь оказался тупик – двухметровый забор.
– Полезли, – сказал он.
– Смеешься? Учительница первой категории полезет через этот забор? – возмутилась она.
– Во-первых, ты уже не учительница. Во-вторых, я подсажу.
Преодолев препятствие, они очутились в том самом затрапезном районе города, где состоялось их второе свидание. Миновали череду облупленных и изъеденных трещинами, еще более зловещих в темноте домишек. Ни один фонарь не горел. Еле спасали лишь редкие жёлтые квадраты окон.
Они не заметили ориентира – надписей на стенах "Район Кулаковка – сила" и "Заходи не бойся, уходи в соплях". Поэтому проплутали лишние двадцать минут среди вросших в землю домов. Наткнулись на трио помойных баков, скособочившихся у дорожной развилки на манер трёх богатырей. Остро пахнуло отбросами. Все три бака были с горкой заполнены мусором, так что в темноте напоминали грибы.
Мимо, сливаясь с мглой, тенью протрусила собака, недоверчиво мерцая глазами. Следом протрюхала еще одна.
Куда идти, было совершенно непонятно. Они пошли наудачу налево.
Искомый домик вырос внезапно, словно в сказке. Они вышли к нему с тыльной стороны, но тут же узнали. Да и как можно было не опознать то самое место, которое так многое изменило в их жизни.
Все-таки их первое свидание в гостинице было подпорчено комплексами и условностями. Ярослав тогда еще не стряхнул с себя пыль казармы, был скован и стреножен чужой волей. Зато в этом дряхлом домике все было уже всерьез, без дураков.
Они торопливо обошли его. По очереди взошли на опасное крыльцо, шаткое, как зубы больного цингой. Закрыв за собой дверь, вдохнули затхло-волглого воздуха. Прислушались к капельному бульканью в переполненном ведре. И крепко обнялись, впитывая
Да, это был
