Получив уведомление о задержании указанных в постановлении судьи почтово-телеграфных отправлений, следователь (дознаватель) прибывает в учреждение связи, где производит их осмотр и, при необходимости, выемку.
Осмотр задержанных почтово-телеграфных отправлений производится следователем в соответствующем учреждении связи и не предполагает возможность их изъятия в ходе осмотра. В рамках данного действия допускается лишь скопировать отправления (ч. 5 ст. 185 УПК). Существует мнение о возможности составления следователем единого протокола об осмотре и выемке почтово-телеграфных отправлений[536]. Однако, поскольку законодатель в этом случае прямо не предусматривает возможность такого процессуального приема, как совмещение, т. е. фиксацию в одном документе хода и результатов нескольких процессуальных действий, смыслу закона в большей степени соответствует составление самостоятельных протоколов осмотра и выемки почтово-телеграфных отправлений. Так, в ч. 5 ст. 185 УПК предусмотрено, что протокол составляется в каждом случае именно осмотра почтово-телеграфных отправлений. При этом в данном протоколе указывается, какие почтово-телеграфные отправления подвергнуты осмотру, скопированы, отправлены адресату или задержаны. Снятие копий с почтово-телеграфных отправлений происходит в рамках их осмотра (поэтому в первом предложении ч. 5 ст. 185 УПК в числе действий, совершаемых следователем, снятие копий следовало бы указать после осмотра, а не после выемки почтово-телеграфных отправлений), а задержание отправлений не означает выемку. В той связи логично предположить, что и выемка должна оформляться самостоятельным протоколом.
Для выемки почтово-телеграфных отправлений предусмотрены определенные особенности. Производству такой выемки всегда предшествует наложение по решению суда ареста на почтово-телеграфные отправления и, в случае задержания таковых в учреждениях связи, их осмотр. В необходимых случаях для участия в выемке почтово-телеграфных отправлений следователь вправе вызвать специалиста, а также переводчика (ч. 5 ст. 185 УПК).
В случае осмотра почтово-телеграфных отправлений, обнаруженных в ходе осмотра помещений (жилища), обыска и других следственных действий, они осматриваются с учетом правил производства следственного действия с отражением результатов в соответствующем протоколе. Равно законодатель не требует получения судебного решения для выемки почтово-телеграфных отправлений, производимой из помещений, не являющихся жилищем или учреждением связи.
Арест на почтово-телеграфные отправления отменяется следователем, когда отпадает необходимость в этой мере, с обязательным уведомлением об этом суда, принявшего решение о наложении ареста, и прокурора, но не позднее окончания предварительного расследования по данному уголовному делу, т. е. прекращения уголовного дела или направления его в суд (ч. 6 ст. 185 УПК).
После вынесения постановления о приостановлении предварительного следствия производство следственных действий не допускается (ч. 3 ст. 209 УПК). Поскольку рассматриваемое следственное действие комплексное, оно включает в себя и задержание отправлений, и их осмотр, выемку. Данное следственное действие должно быть отменено после приостановления производства по уголовному делу, поскольку даже задержание почтово-телеграфных отправлений означает, что производится следственное действие.
Данное следственное действие стало одним из первых шагов по введению в уголовное судопроизводство познавательных методов, основанных на достижениях научно-технического прогресса. В связи с необходимостью использования адекватных мер по раскрытию и расследованию преступлений, совершаемых в условиях неочевидности, необходимость в более широком использовании технических средств при формировании на основе процессуального закона доказательственной базы по уголовным делам возникла несколько десятилетий назад. Одним из первых серьезных шагов в этом направлении явилось внесение в 1990 г. изменений и дополнений в Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик. В частности, Основы уголовного судопроизводства были дополнены ст. 35.1 «Прослушивание телефонных и иных переговоров». Впервые в процессуальном порядке было разрешено прослушивание и звукозапись переговоров, ведущихся по телефонам и другим переговорным устройствам[537].
Процессуальное законодательство России (имеется в виду УПК РСФСР 1960 г.) не восприняло новеллу Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик в части прослушивания телефонных и иных переговоров. Поскольку после распада Советского Союза юридическая сила указанных Основ нередко подвергалась сомнению, ст. 35.1 данного нормативного акта на практике применялась нечасто.
