В юридической литературе имеют место попытки классифицировать основания прекращения уголовного дела на различные группы. Так, одни авторы предлагают делить предусмотренные уголовно-процессуальным законодательством основания на юридические (устраняющие преступность деяния или его наказуемость) и фактические (все остальные)[618], другие – на материально-правовые (базирующиеся на нормах уголовного права) и процессуальные (предусмотренные исключительно уголовно-процессуальным законодательством)[619], третьи – на обязательные или безусловные (влекущие прекращение уголовного дела в обязательном порядке) и альтернативные или условные (предоставляющие возможность решения данного вопроса по усмотрению компетентного органа или должностного лица)[620]. Существуют и другие варианты деления оснований прекращения уголовного дела на различные группы[621]. Однако более удачной представляется позиция, поддерживаемая большинством процессуалистов, классифицирующих основания прекращения уголовного дела на реабилитирующие и нереабилитирующие[622], тем более что действующее уголовно-процессуальное законодательство предусматривает самостоятельный институт реабилитации лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию (гл. 18 УПК), указывая, какие из оснований прекращения уголовного дела и уголовного преследования влекут возникновение права на реабилитацию. В качестве таковых (т. е. реабилитирующих оснований) предусмотрены:
– отсутствие события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК);
– отсутствие в деянии состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК).
Следует отметить, что уголовное дело подлежит прекращению по данному основанию и в случаях: 1) когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость этого деяния были устранены новым уголовным законом (ч. 2 ст. 24 УПК; 2) когда лицо не достигло к моменту совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, возраста, с которого наступает уголовная ответственность, а также когда несовершеннолетний, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом (ч. 2 ст. 27 УПК). Однако реабилитирующим в этих случаях данное основание не является, за исключением случаев вынесения судом постановления, предусмотренного п. 1 ч. 3 ст. 125.1 УПК (об удовлетворении жалобы и о признании незаконным постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 24 или ч. 2 ст. 27 УПК, и о наличии оснований для применения процедуры реабилитации;
– отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК (п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК);
– отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в п. 2 и 2.1 ч. 1 ст. 448 УПК, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в пп. 1 и 3–5 ч. 1 ст. 448 УПК (п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК);
– непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления (п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК);
– наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению (п. 4 ч. 1 ст. 27 УПК);
– наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК);
– отказ Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица (п. 6 ч. 1 ст. 27 УПК).
Логично предположить, что все остальные основания прекращения уголовного дела и уголовного преследования законодатель относит к группе нереабилитирующих, а именно:
– истечение срока давности (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК);
– смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего (п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК);
– вследствие акта об амнистии (п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК);
– в связи с примирением сторон (ст. 25 УПК);
– в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа (ст. 25.1 УПК);
– в связи с деятельным раскаянием (ст. 28 УПК);
– прекращение уголовного преследования в связи с возмещением ущерба (ст. 28.1 УПК);
