Громила смерил Мейса взглядом. С головы до пят и обратно. Его глаза переполняло чувство превосходства одетого и вооруженного человека над кем-то голым и мокрым.
— Еще один. Умный парень: оставил сумку при себе.
Второй поднялся и отстегнул оглушающую дубинку.
— Да уж, умный парень. Давай сюда вещички. Проверка. Живо.
Мейс не двинулся с места. Пробиотический туман постепенно конденсировался и сбегал ручейками по его обнаженной коже.
— Я могу прочесть ваши мысли, — глухо произнес он. — У вас их всего три, и все они ошибочны.
— Э?
Джедай загнул большой палец:
— Вы считаете, что раз вы вооружены и грубо себя ведете, то можете делать все, что заблагорассудится. — Мейс загнул указательный. — Вы считаете, что никто не окажет вам сопротивления, раз он обнажен. — Следующий палец. — И вы считаете, что вам удастся заглянуть в мою сумку.
— О, а он шутник. — Мужчина поменьше провернул в руке оглушающую дубинку и сделал шаг в сторону наглеца. — Не только умник, но еще и шутник.
Здоровяк начал заходить сбоку.
— Да, настоящий юморист, комедиант просто.
— Комедианты вон там. — Винду кивнул на дрожащих в углу обнаженных фо-ф'ейанца и китонака. — Чувствуете разницу?
— Неужели? — Амбал размял свои здоровенные руки. — А кто же в таком случае ты?
— Пророк. — Мейс произнес это очень тихо, словно некую тайну. — Я умею предсказывать будущее…
— Ну конечно… — Заросшая щетиной челюсть высокого мужчины чуть опустилась, показывая желтые неровные зубы. — И что ты видишь?
— Тебя, — ответил Винду. — Окровавленного.
Выражение на его лице можно было бы принять за улыбку, если бы в его глазах был хотя бы намек на теплоту. Здоровяк внезапно подрастерял свою уверенность. Это, вероятно, можно было бы ему простить: как и все остальные удачливые хищники, он был заинтересован лишь в жертвах, а не в соперниках. В конце концов, на чем был построен его рэкет? Любой представитель разумной расы, привыкший носить одежду и пойманный обнаженным, будет чувствовать себя неуверенным и уязвимым. Особенно человек. Любое нормальное существо предпочтет сначала натянуть штаны, а уж потом лезть в драку.
Мейс Винду же, напротив, выглядел так, будто он что-то слышал о неуверенности и уязвимости, но никогда их в глаза не видел.
Сто восемьдесят восемь сантиметров мышц и костей. Абсолютно неподвижных. Абсолютно расслабленных. Создавалось впечатление, что пробиотический туман, окутывающий его обнаженное тело, на самом деле был керамической, усиленной углеродными волокнами броней.
— Вы собираетесь что-нибудь делать? — спросил Мейс. — Я спешу.
Здоровяк быстро огляделся по сторонам и задумчиво произнес:
— Э?..
Джедай почувствовал предупреждение Силы где-то в районе своей левой почки и услышал жужжание активированной оглушающей дубинки. Он резко развернулся, схватил обеими руками запястье нападающего и, отталкивая от себя мерцающий ореол дубинки, познакомил лицо парня со своим взметнувшимся коленом. Хлюпающий и хрустящий звук столкновения явно свидетельствовал о том, что минимум пара костей сломалась. Амбал зарычал и бросился вперед. Мейс отступил в сторону, резко вывернул руку мужчины поменьше, крутанув оседающее тело, зажал его голову рукой и с размаху впечатал лбом в нос громилы.
Нападавшие не удержались на скользком от влаги полу и, потеряв равновесие, грохнулись вниз. Дубинка, плюясь молниями, улетела к одной из стен. Мужчина поменьше лежал неподвижно. В глазах крупного стояли слезы, он сидел на полу и пытался обеими руками вправить сломанный нос. Сквозь его пальцы струилась кровь.
Мейс встал прямо перед ним:
— Я же говорил.
Здоровяк не выглядел впечатленным. Мейс пожал плечами: правильно говорят, что нет пророка на своей планете.
Мастер-джедай молча одевался, пока другие путешественники разбирали свои пожитки. Амбал ни разу не попытался им помешать или хотя бы просто подняться. Через некоторое время мужчина поменьше зашевелился, застонал и открыл глаза. Когда его взгляд смог достаточно сфокусироваться на все еще одевающемся Мейсе, он выругался и протянул руку к кобуре, пытаясь выхватить бластер.
Винду посмотрел на него.
Мужчина решил, что бластеру лучше оставаться там, где он был.
— Ты не представляешь, в какие неприятности ты вляпался, — не слишком разборчиво пробормотал он разбитым в кровь ртом, пытаясь сесть. Он прижал к себе колени и обнял их руками. — Тот, кто устраивает разборки со столичным ополчением, долго не живет…
Здоровяк прервал его подзатыльником:
— Заткнись!
— Со столичным ополчением? — Только теперь Мейс все понял. Его лицо помрачнело. Он зафиксировал последнюю застежку на кобуре. — Так вы полицейские.
Фо-ф'ейанец, дурачась, изобразил падение.
— Как думаешь, может, им стоит нанять более расторопных копов?
— Ой, я не знаю, Фути, — произнес китонак в характерной расслабленной манере. — Эти умеют красиво падать.
Оба кубаза проворчали что-то насчет скользких полов, неподходящей обуви и несчастных случаев.
Полицейские нахмурились.
Мейс присел перед ними на корточки. Правая рука его замерла на рукояти «Энергии-5».
