Командир у «Свидетелей смерти» оказался опытным воякой. Все сделал как надо, и арьергард и авангард организовал, и колонна у него двигалась плотно, не растягивалась. Впереди шли ореки, как более смышленые твари, дети леса знающие тут каждую травинку, за ними люди, наиболее важные в подобной ситуации бойцы, а уже в конце, прикрывая погоню, менее ценные менквы, у которых видимо стояла задача, поднять шум в случае нападения, и сдерживать атаку, пока другие не подоспеют.
Но Художник и не собирался на них нападать. Перестраховался начальник «Свидетелей смерти», перемудрил. Максиму нужно было всего лишь идти незамеченным, пока колонна не подойдет к лазу в пещеры сихиртя, указав беглецу путь к спасению, ну а что дальше делать покажут обстоятельства. Есть у него определенные соображения, но пока о них еще рано думать.
Просто так уходить, не отомстив уродам за всю свою боль, Максим не хотел, но и понимал, что с искалеченной ногой, без поддержки, в полном одиночестве, в незнакомом лесу, выполнить задуманное будет практически не возможно.
Неожиданно, один из менквов, то ли заподозрив неладное, то ли что-то другое на ум пришло, в его тупую, деревянную голову, но он резко развернулся и пошел в обратную сторону, точно в направлении притаившегося за деревом, выматерившегося про себя, в отношении своей капризной удачи, беглеца.
Ждать его на месте Максим не собирался. Он конечно же справиться, был уже опыт схватки с подобными существами, да и есть у него волшебный кинжал, способный строгать алмаз как простую древесину, а уж с непробиваемой простым оружием шкурой твари, такой клинок справится непременно, тут и сомневаться не приходится. Но есть тут одно но, схватка поднимет тревогу, а погоня слишком близко и не заметить драку не сможет. Не глухие же они и не слепые? Надо уходить, но как? Нюх у менква лучше чем у охотничьей собаки, обязательно почувствует присутствие человека.
Прикрываясь от взгляда монстра стволом дерева, за которым скрывался, Максим пополз в сторону кустарника, так удачно оказавшегося неподалеку, да еще и в нужном направлении, пытаясь в нем скрыться подальше от глазастой твари. Видимо удача вновь повернулась к нему тем местом, каким ей и положено, а не тем которым наблюдала за ним в последнее время, раз вырастила в нужном месте такие густые кусты.
Практически преодолев кустарник, и уже не видя смысла скрываться, он приподнялся. Вроде совсем немного не нагружал искалеченную ступню лежа в засаде, всего то и прошло ничего, а как понадобилось вновь опереться на нее, так попытка отозвалась такой дикой болью, что Художник едва сдержал крик. Но делать нечего, жаловаться некому, ни кто не пожалеет и на помощь не придет. Скрипя зубами, пригнувшись как можно ближе к земле, он стараясь не касаться веток, рванул сквозь густую поросль, подальше от менква, в лес.
Монстр тут же заметил подозрительное движение, и повернувшись в ту сторону, шумно потянув носом воздух, обнаружил в том направлении человека. Не долго думая он бросился в погоню за вкусной дичью.
Кого благодарить Художник не знал, то ли вернувшуюся вовремя удачу, то ли врожденную тупость монстра, то ли его жадность, не желающую делиться с остальными вкусной человечиной, то ли всем этим обстоятельствам вместе взятым, но менкв побежал молча, только возбужденно сопя раздувающимися ноздрями и сглатывая голодную слюну. Теперь надо успеть отвести тварь подальше в лес.
Кустарник быстро закончился, оборвавшись на обильно поросшей брусничником полянке в окружении мрачного сосняка. Ягоды как пятнышки крови на зеленом теле, укрытой травой земле. Зрелые, сочные, раздавишь такую зубами, и хлынет в рот прохладная, блаженная влага, гася мучительную жажду нектаром.
Но засматриваться на красоты и мечтать некогда. Тут самое удобное место для схватки. Площадка ровная, кочек нет, ям то же нет, ни что не принесет неприятностей ноющей при каждом шаге ступне. Не хватало еще оступиться в неподходящее время и потерять от боли на миг концентрацию. Монстр ждать не будет, не для этого он бежит следом.
Максим остановился и обернулся, оценивая обстановку, и выстраивая вариант будущей схватки. Из всего, что пришло в голову, выбрал самый простой, но и самый рискованный, что-то более сложное не давала воплотить в жизнь все та же искалеченная ступня, будь она не ладна.
Менкв не церемонился. Увидев вожделенную цель, пахнущую аппетитной человечиной, сделал короткий шаг и оттолкнувшись, как того от него и ожидал Художник, прыгнул, выставив вперед перевитые веревками жил, перекатывающиеся буграми мышц лапы. Он был уверен в победе, ведь ни кто не сможет устоять перед практически совершенной машиной смерти.
Сейчас махнет когтями, зацепит глупую добычу, и с урчанием голодного кота поймавшего жирную мышь, вопьется в сладкую плоть, разрывая клыками человеческое мясо и хрустя костьми. Он будет жрать теплую плоть, заглатывая огромные куски в окровавленную глотку, захлебываясь от удовольствия теплой кровью.
