Пол тоже встал и едва не рухнул на пульт звукорежиссёра. Дурацкая привычка поджимать ноги точно приведёт к травматизму, подумал он, ухватившись за спинку стула. В это время Луис принялся будить Джона, осторожно трогая его за плечо.
– Родной, просыпайся, ― говорил он с интонациями доброго испанского дедушки. – Пора домой, отдыхать.
– Уже всё? ― сонно пробормотал Джон.
– Если бы, ― устало ответил Пол. ― Я думаю, что сегодня мы закончим, но Луис прав: не отдохнём сейчас ― сделаем только хуже. Например, драм-машину на After the Rain уже едва не упустили…
Пока Пол и Джон обсуждали, а так ли нужно заново сводить трек ― Луис отправился будить Кристиана. Звукоинженер без лишних слов схватил куртку и направился к выходу, бросив на ходу: «Вернусь в четыре».
– А он точно не робот австрийского производства? ― недоверчиво спросил Салазар. Это была старая шутка, но Пол и Джон поддержали её смехом как в первый раз ― исключительно из любви к Луису.
Уже спустя двадцать минут Пол делал всё, чтобы не заснуть в такси. Но, несмотря на усталость и сложности со сведением, настроение у него было прекрасное. Пол работал в идеальной команде, где музыкант прислушивался к советам продюсеров, а продюсеры ― делали всё, чтобы передать задуманную артистом атмосферу песни. Он даже представить не мог, что бывает по-другому – и что из-за этого можно возненавидеть музыку до тошноты.
После перерыва работа пошла на лад ― и второй альбом Джона Ли был готов к вечеру четверга.
По традиции они расселись вокруг Луиса, который торжественно щёлкнул кнопкой и запустил треки. Конец последнего би-сайда потонул в аплодисментах, и Джон шутливо раскланялся, принимая комплименты и поздравления. Пол крепко обнялся с Луисом, а потом ― взял барабанную палочку и постучал ею по пластиковой обшивке пульта.
– Предлагаю отметить окончание работы, ― объявил он, когда в комнате воцарилась тишина.
– Вот это разговор! ― заулыбался Джон. ― Какие есть идеи?
– Остаться в студии, чтобы избежать лишнего внимания, ― ответил Пол. ― Гарри уже везёт нам всё необходимое для праздника.
В ожидании Гарри команда разбрелась по студии. Пол поджал ноги, чтобы поваляться в кресле ― но к нему снова подошёл Луис.
– Помнится, ты искал ребят для новой группы? ― загадочно прошептал продюсер. ― Пойдём, покажу кое-кого.
Луис повёл его в комнату, в которой обычно велась запись. Там за синтезатором они увидели парня лет двадцати. Пол едва рассмотрел, как он выглядел, потому что его прежде всего заинтересовали руки. Музыкант играл в наушниках, так что мелодию они не слышали ― но даже по постановке пальцев было понятно, что перед ними сидит профессиональный исполнитель.
– Кто он? ― спросил Пол.
– Ассистент инженера, ― ответил Луис. ― Уже не в первый раз вот так вот задерживается, но наивно полагает, что никто не знает. Так что вам совершенно точно нужно познакомиться…
Ассистент поднял голову ― и в неопределённого цвета глазах блеснул ужас. Он быстро снял наушники и открыл рот, чтобы сказать что-то в своё оправдание, но Луис замахал руками:
– Во имя всех святых, Лесли, прекрати так смотреть! Я что, буду запрещать играть в звукозаписывающей студии? Это же то же самое, что запретить пить в баре!
Салазар щёлкнул выключателем, и Лесли инстинктивно прикрыл глаза рукой.
– Это Пол Мэллиндер с Unsound Records, ― сказал Луис, указывая на стоявшего за спиной коллегу. ― Слышал о таком?
– Да, сэр, ― Лесли опустил руку и вежливо добавил: ― У Station интересные аранжировки.
– Спасибо, ― улыбнулся Пол. ― Ты писал музыку? Мы тебя отвлекли?
– Нет, ― покачал головой ассистент. ― Я не композитор. И играю только для того, чтобы не утратить навык.
– Так ты профессиональный музыкант?
– Да, сэр. Окончил колледж по классу исполнительского мастерства и до работы у мистера Салазара играл в трёх разных группах.
Последние слова Пол едва расслышал ― тишину в студии взорвал громовой смех Джона. Вечеринка, похоже, начиналась, но Полу уже было не до веселья. Все его мысли занимал будущий проект, для которого он только что нашёл первого участника.
Гарри и Кристиан души не чаяли в Лесли ― потому что он оказался таким же сумасшедшим, как и они сами.
Пол не раз заставал Гарри и Лесли на пороге студии, где они ожесточённо спорили, размахивая сигаретами и рассеивая вокруг ломкий пепел. Или находил Кристиана и Лесли в гостиной ― обычно они валялись на полу, возясь с очередным синтезатором. Это напоминало Полу его собственную молодость: он так же ругался с Гарри или лежал с ним на ковре, слушая пластинки. Двадцать лет ― прекрасный возраст, и иногда Пол невесело усмехался своим тридцати.
А вот у Лесли всё только начиналось ― и в свои двадцать один он действительно был находкой: с опытом студийной работы, образованный и, что немаловажно, совершенно одержимый. Правда, на нём везение Пола и Гарри закончилось.
– Я уже подумываю подать объявление, ― сказал Гарри, когда музыканты объявили перерыв. ― Потому что происходящее ― безнадёга полная.
