Пока я упивался теплом и ароматом ее желания, меня охватил порыв, от которого было невозможно избавиться.
– Но мы могли бы это обойти.
Рива вскинула голову, но прежде, чем она успела задать свой вопрос, я подхватил ее на руки и оттащил от берега. Пока Рива удивленно смеялась, я прошел сквозь воду к водопаду и протолкнулся прямо под него.
Нас захлестнул поток, и мы почти сразу же оказались по другую его сторону. Я прижимал Риву к мокрому камню, не обращая внимания на то, что по моей спине струилась вода.
Я все равно уже промок насквозь. А здесь, за водопадом, никто не увидит, что мы делаем.
Никто не услышит хриплого вздоха, который у нее вырывался из-за того, что я провел пальцами по центру ее тела прямо до бедер.
Когда я погладил то место, о которое прежде лишь бесхитростно терся, пальцы Ривы сжали мою футболку. Если у меня и были какие-то сомнения по поводу того, не слишком ли быстро я действовал, она рассеяла их, притянув мои губы к своим.
Я не знал, сколько еще времени дадут нам хранители, поэтому хотел позаботиться о том, чтобы у нее остались самые лучшие воспоминания о нашем воссоединении.
Я запустил руку за пояс ее спортивных штанов и трусиков и, почувствовав прикосновение гладких складок, застонал ей в губы.
Она уже кончила для меня один раз, но я мог сделать это лучше. Я мог максимально приблизиться к полному слиянию, которого мы оба жаждали, но которому сопротивлялись.
Я водил кончиками пальцев по ее промежности, пока не отметил каждую точку, которая вызывала наибольшие приливы удовольствия, и то, какое именно давление лучше всего воздействовало на каждую из них. Мне не передавались точные физические ощущения, но я мог проследить их интенсивность, отражающуюся во вспышках удовлетворения, возбуждения и нетерпения, пронизывающих Риву.
Когда моя уверенность возросла, я погрузил два пальца прямо в ее влажное лоно. Физическое доказательство ее наслаждения вызвало во мне почти такой же сильный трепет, как и ее возбуждение.
– Гриффин, – пробормотала она, пряча лицо в изгибе моего плеча. Умоляя о том, что я был только рад ей дать.
Я подстроился под ее позу, целуя и покусывая чувствительные места на шее и одновременно входя и выходя пальцами. Ритмичные движения тыльной стороной моей ладони вызывали в нас обоих еще более сильное желание.
Покачиваясь в моих объятиях, Рива всхлипнула. Я даже перестал чувствовать водопад позади себя.
Всё сосредоточилось на ней, на нас и на пьянящей гармонии этой связи.
Моя рука коснулась чувствительной точки внутри нее, заставляя ее вскрикивать от удовольствия. Я продолжил ее поглаживать, разжигая пламя желания, пока Рива не начала дрожать.
И тогда это произошло. Наэлектризовывая нас обоих, ее тело обхватил еще более сильный оргазм, чем в первый раз.
Она задрожала и, выжатая, повисла на мне. Моя эрекция пульсировала, но я хотел, чтобы этот момент был посвящен только ей.
Я хотел, чтобы она каждой клеточкой чувствовала, что я буду готов пойти ради нее на всё.
– Я люблю тебя, – повторила она, и ее голос был едва слышен за ревом водопада.
Затем она подняла глаза и так на меня посмотрела, как будто прочитала во мне что-то, о чем я и не подозревал.
– Если мы снова отсюда выберемся, ты пойдешь с нами. Если мы не будем все вместе, это бессмысленно.
К моему горлу подкатил комок.
– Хорошо.
Меня снова охватило то чувство, которое заставило спуститься к реке. Я отнес Риву обратно на берег и вылез рядом с ней.
Хранители заняли свои позиции среди деревьев, но не двигались и не останавливали нас, пока мы шли по тропинке.
Пока не добрались до поляны у входа в объект, никто нас не беспокоил, но стоило на нее выйти, одна из хранительниц махнула рукой в сторону Ривы.
– У тебя все еще тренировка. Через час ты пойдешь ужинать.
Рива поймала мой взгляд, и я кивнул – немного неуместный жест. Всю дорогу до объекта и дальше, по каменным коридорам, я хранил в душе ее улыбку.
Мне нужно было выяснить, что планировал Клэнси, и попытаться направить его по пути, который сыграл бы нам на руку. Можно было сказать ему, что я узнал у Ривы что-то полезное, – это привлечет его внимание и положит начало разговору.
Несмотря на жару, моя одежда все еще оставалась влажной, но история будет правдоподобнее, если я пойду прямо к нему и не буду останавливаться, чтобы переодеться. Нужно было убедить его, что это важно.
Когда я подошел к кабинету, то сразу же ощутил нарастающее напряжение, сопровождаемое торопливым перебиранием бумаг. Что-то случилось.
– Клэнси?
Я постучал в дверь.
– Входи.
Голос звучал отрывисто. Я зашел в офис и застал его за тем, что он стучал по клавишам своего ноутбука, стоя над столом с каменным лицом.
Теперь даже при рядовых встречах с ним мне приходилось проявлять большое самообладание, чтобы сдерживать вспышки негодования и гнева, связанные с его присутствием.
Клэнси лгал мне, а о многом умалчивал. Обманом заставил втянуть в эту историю самых дорогих мне на свете людей. Украл у нас шанс на свободу.
