– Тебе нужно немного отдохнуть кое от кого, кого ты изо всех сил стараешься не замечать.
– Что ты, черт побери, такое несешь?
Улыбка Стерлинга становится шире.
– Не нужно играть в скромницу. И не такие красавицы попадали под его чары. Все в нашей семье ужасно харизматичные. – Он по привычке поигрывает бровями, подчеркивая свой комментарий.
Что за душка.
– С этим не поспоришь, – добавляет Грейсон, тоже подходя к автобусу. – Все знают, что члены нашей семьи привлекательны своим мрачным шармом – но в чем мой брат пытается убедить тебя на этот раз?
– Ни в чем. Совершенно. – Я забираюсь внутрь под смех Стерлинга и сажусь на свободное место рядом с Эш.
– Говори себе это почаще, Эм. Не знаю, важно ли это, но, кажется, он так же усердно пытается игнорировать это «ничто».
Эш вопросительно выгибает бровь. Я встряхиваю головой. Стерлинг умеет заварить кашу, и Эш настолько к этому привыкла, что не пытается ничего уточнять. Прислонившись затылком к подголовнику, я жду, пока усядутся остальные. Надеюсь, когда мы приедем в центр города, Стерлинг обо всем забудет.
– Хочешь сказать, Сейбл до сих пор не понимает, к какой сфере ты принадлежишь?
– Ага, – отвечаю я, прежде чем отхлебнуть горячего шоколада со сливками.
Вкуснятина. Идеальное сочетание взбитых сливок и шоколада.
Сладкая жидкость течет вниз по горлу, согревая изнутри. Я уже сто лет не пробовала этот неповторимый напиток. Мы набились в маленькое кафе с потертыми полами из светлого дерева и побеленными стенами с вставками из голого кирпича. Немного по-хипстерски, но зато тут готовят божественное какао.
Такие небольшие излишества заставляют меня снова чувствовать себя человеком после полугода бездомного существования – или по крайней мере наполовину человеком.
– Должна же она хоть что-то предполагать. – Грейсон рассеянно вертит в руках пустую кофейную чашку.
– Пока что Сейбл склоняется к тому, что мой прародитель был ангелом, потому что я так и продолжаю застревать в полуфазе. И раз мы не знаем, кто мои родители, то одна из теорий – что их не учли при записи ангельских потомков.
– Вот блин, хреново.
Эш бьет Стерлинга в живот… сильно. У него изо рта вылетает струйка воздуха – и брызги карамельного макиато.
– Не слушай Стерлинга. Он придурок.
– Эй!
Эш осаживает его взглядом.
Я машу на них рукой.
– Да не так уж это и важно.
– Ты что, шутишь? – начинает Стерлинг, но, бросив косой взгляд на Эш, отодвигает свое кресло так, чтобы та не достала его рукой, и только потом продолжает:
– Это может значить, что ты ничего прикольного не умеешь.
– Ну да, прямо села и расплакалась, что не умею в корову превратиться.
– Да не превращаюсь я в корову!
Пряча улыбку, я отпиваю еще этого шоколадного блаженства. Стерлинг – херувим, как и его брат, но еще не знает, унаследовал ли он способность менять облик и, если да, то в кого. Я скрещиваю пальцы, чтобы ему достался бык.
Честно говоря, обидно узнать, что я, скорее всего, происхожу из рода ангелов – самых слабых небесных существ. Мне стыдно не за то, что у меня нет необычных сил, а за то, что я, скорее всего, не смогу защищать себя, как другие нефилимы. По-видимому, род ангелов уничтожили больше тысячи лет назад, потому что их потомки не смогли уберечься от Падших и Отрекшихся, как другие. Если мои родители были нефилимами ангелов, это означает, что их род не вымер – и это, по словам Сейбл, не только захватывающий факт, но и огромное открытие для всей нашей расы. Но еще это означает, что о моем роде почти ничего неизвестно, а потому в академии не смогут раскрыть мои навыки. А узнать как можно больше о выживании – моя первостепенная задача, если я хочу покинуть академию в восемнадцать.
И совсем глубоко внутри я грущу из-за еще одной провальной попытки узнать хоть что-то об истории своей семьи. Последние пару недель Сейбл занималась тем, что изучала дела всех пропавших нефилимов, связывалась с академиями по всему миру и так далеко зашла в этом, что даже встретилась с Советом старейшин – кучкой супер-пупер-древних нефилимов, к которым все обращаются, когда нужно разрешить спор или спасти мир от разрушения. Но даже они не знают, кем были мои родители.
Отсутствие ответов опустошает меня и лежит на сердце тяжким грузом.
Я просто хочу знать, кто я.
– Все ведь думают, что нефилимов, произошедших от старых добрых ангелов, уничтожили много веков назад, – продолжаю я, – а потому одна из теорий состоит в том, что некоторым удалось скрыться и выжить. Пока что мы склоняемся к этому. Возможно, в этом и причина моих… э-э…уникальных волос. Разбавленные гены.
Грейсон смотрит на меня задумчиво.
– Разбавленные гены? Но нефилимы могут заводить детей только с другими нефилимами. Сейбл правда думает, что твои родители были людьми?
Я развожу руками. Учитывая то, что я теперь знаю о нефилимах, мне это тоже кажется сомнительным.
