Для истинного атеиста арийские "боги" являются таким же излишеством, как и все прочие. Но Украинка не только их не отбрасывала. Иногда она себя с ними отождествляла. Ее мать писала: "Сербські пісні в перекладі Старицького дуже полюбила Леся. Тії пісні про віли (русалки) призвели були до того, що Леся сама себе називала Вілою"; "Рідні пригадуватимуть, як Леся… гралася — у "Юнака та Вілу" (цит. по: 7, 43).

В примечаниях к поэме "Віла-посестра" читаем: "Віла — міфічна істота, що часто виступає в південнослов’янському епосі, вдачею і по-ведінкою нагадує нашу мавку". Для чего нужны мавки, мы уже видели: "слово "мавка" значить "мертва" і походить від старіших назв "навка", "навь". Поэтому Лукаш перед смертью и сливается с ней: "Мавка спалахує раптом давньою красою у зорянім вінці. Лукаш кидається до неї з покликом щастя". Исход — летальный.

Если "віла вдачею і поведінкою нагадує нашу мавку", то побратим "Віли-посестри" обречен. Произведение построено таким образом, что не убить своего побратима эта "віла" не может. Просто не имеет права. Для оправдания этой необходимости молодой герой в кратчайшие сроки превращен автором в старого деда:

Не юнак лежав там молоденький, тільки дід старий, як голуб сивий, весь потертий сировим ремінням, а крізь рани жовті кості світять.

Обвиняются в такой трансформации турки-янычары. Но они тут вовсе не причем. В поисках молоденького побратима вила находилась совсем недолго: "Так літали три дні і три ночі". За эти три дня по воле автора побратим и превратился из юноши в глубокого старца. Именно это и было необходимо, чтобы вила могла выполнить свою функцию и зарезать его. Что она и сделала. Вилы они и есть вилы.

Но это еще не все: "Мавки (навки), в восточнославянской мифологии злые духи (часто смертоносные), русалки".

В "Лесной песне" есть "Русалка Польова" и есть просто Русалка:

Ми спустимось на дно, де темно, холодно, на дні лежить рибалка, над ним сидить Русалка…

Еще в 14 лет Украинка написала поэму "Русалка". Там тоже все закончилось смертью. И не одной. Сначала, не выдержав измены, утопилась девушка. Перед этим она горевала:

Нема щастя, нема долі, лиш врода сама…І кохання зневажене, Дружини нема!

(Первое стихотворение 9-летнего ребенка начиналось аналогично: "Ні долі, ні волі у мене нема…"). Затем следует самоубийство:

Нема, нема дівчиноньки,Лиш плив левінок…А дівчина під водоюРусалкою стала.Та немає русалонькаІ там супокою:Не втопила свого лихаНавіть під водою!…Всі русалки, мов рибоньки,Веселії грають,А у неї завжди хмариЧоло укривають.

Русалка готовится к мести. И вот как-то раз тот казак с женой положили ребенка спать под копной,

та вдвох собі лагідненько,любо розмовляють.Русалонька на ту паруТільки подивилась,Змінилися у личеньку,За серце схопилась;Потім знову подивилась,Промовила тихо:"Побрався ти, козаченьку,Та на свое лихо!Не завжди там буде щастя,Де твоя хатина, —Зостануться сиротамиЖінка і дитина!Будеш знати, козаченьку,Як русалка любить,Скоро ж тебе це коханняЗ сього світу згубить!"

Призывные песни русалки подействовали на казака:

Біжить милий до русалки,Та й недобігає,Бо із річки — русалочокЮрба випливає;Обступили козаченька,В гаю залунало, —Наче крик, неначе регіт, —Далі тихо стало…

Тихо, как на кладбище. Потому что всегда близкие контакты любой степени с нечистой силой (русалки, вилы, мавки) заканчиваются для героев Украинки одинаково.

Перейти на страницу:

Похожие книги