Идеал в этом смысле, — это когда сколько кто сделал, тот столько и получил. Вопрос «справедливости» и «адекватности» оценки труда — сложен, о нем позже. На данном этапе речь пойдет о совсем простом предмете. Деньги тем лучше, чем меньше их попадает в руки незаработанными. Чем меньше в обществе воров, мошенников, аферистов и спекулянтов, — и рантье, как бы они не назывались, — тоже. Дальше опять начинаются неопределенности, всегда возникающие там, где близка граница понятия: стоит ли к «спекулянтам» относить «биржевых спекулянтов»? А рантье всех сортов? Но принцип остается неизменным. Если ты делаешь свою часть полезной работы, а каждый член общества — свою, это, при прочих равных условиях, дополнительная гарантия того, что за полученными тобой деньгами стоят реальные (потребительские) ценности.
Итак, вторым аспектом, определяющим качество денег, является качество общества. Деньги надежнее всего там, где все работают и никто не ворует. Оригинальный вывод, не правда ли? Высказывание о том, что подобное невозможно, не вполне точно: возможно в компактных, обозримых, не слишком многочисленных сообществах. Почему естественный отбор не дал решающего преимущества самым «честным и работящим» сообществам? Потому что праведным трудом и честностью можно достичь достатка, даже зажиточности, но не богатства. Богатства достигают, отнимая чужое, будь то добро или работа. Иметь хорошие деньги, на которые можно все купить, очень хорошо, но отнять при удобном случае бывает еще выгоднее. Иногда гораздо выгоднее. Это не хорошо и не плохо, это просто такая реалия: в достаточно сложном сообществе когда-то выгоднее возможность надежной покупки, когда-то — отъема, кражи, порабощения. Флуктуация — случайна, наличие флуктуаций — закономерно.
Пытаясь дать определение идеальным деньгам, применим искусственный прием: не будем рассматривать случаи, когда продаются люди: на мясо, на органы, в классическое, ничем не ограниченное рабство, когда человек — вещь, и его можно безнаказанно калечить (кастрация), насиловать, истязать и убивать. Предположим, что этого нет.
Таким образом, идеальные деньги — это такие деньги, за которые можно купить все, что видишь, все что есть, и все имеет свою цену в этих деньгах. Когда весь мир, в принципе доступный человечеству, поделен на клеточки-деньги, состоит из них. Их ровно столько, чтобы хватило купить ВСЕ, а когда труд добавляет к этому «все» и еще что-нибудь стоящее, выпускается дополнительно соответствующее количество денег.
Такого на самом деле нигде нет, всегда и везде существуют свои ограничения.
Так, как правило, нельзя купить у человека дом, если ему негде взять другой, последний полушубок в непогоду, последний кусок хлеба. Не купишь незаменимого, того, что жизненно необходимо. Того, без чего не доживешь до отоваривания денег. Тезис о том, что торговля и деньги порождены появлением избыточного продукта и разделения труда, есть общее место. Таким образом, ближе всего к идеалу деньги, на которые можно купить все, что выставлено на продажу. Их и будем считать идеальными, их и примем за точку отсчета.
Идеальные деньги — это деньги, гарантированные сами по себе и не требующие дополнительной гарантии: для совершения покупки на них достаточно наличия товара, выставленной цены на товар, и самих денег. Можно сказать и так, что основным свойством (практически) идеальных денег является их АБСОЛЮТНАЯ БЕЗЛИЧНОСТЬ. Цена — какова? У меня — хватает, получите. Все.
Все, что является отклонением от этой простой схемы, есть и отклонение от идеала. От самого принципа, в свое время породившего деньги и поддерживающего их существование три с половиной тысячи лет, как минимум. Любая попытка наложить искусственные ограничения на принцип Свободного Рынка есть порча денег. Когда можно, но не всем, или не все, или когда, номинально, одну и ту же валюту начинают делить на различные сорта, это порча денег.
Таким образом, порчей денег следует считать само появление у кого-либо возможности накладывать такие ограничения. В самом деле, на эту валюту при прочих равных условиях надежда хуже, нежели на другую, поскольку есть вероятность произвола узкой группы лиц, управляющих эмиссией. Например: США, распоряжаясь выпуском мировых денег теоретически может взять, и девальвировать доллар, превратив свои неподъемные долги в ничто, заодно с достоянием конкурентов. Вряд ли, конечно, но в потенции такая возможность есть.
Для денег идеальных признаком должна являться невозможность их попадания в «не те» руки. Если бы это неосуществимое в принципе требование было выполнено, это обозначает реализацию на практике принципа социализма: кто не работает, тот не ест.
