Не задумываясь о церемониях или этикете, Джезебел повернулась и ушла, по дороге врезавшись плечом в плечо Даниба. Закованный в сталь огромный призрак не сдвинулся с места; его белые глаза так долго смотрели на полковника Калида, что тому стало неуютно. Хорикс наблюдала за тем, как призрак и живой человек безмолвно оценивают друг друга. Кожаные рукавицы Калида заскрипели; он покрепче сжал рукоять меча.
Когда напряжение стало невыносимым, оно раскололось. Хорикс ожидала услышать грохот стали, но Даниб лишь хмыкнул и пошел за Джезебел; за ним тянулся сапфировый след из его паров. Из-под его ног во все стороны летели грязь и песок.
Полковник Калид расслабился только после того, как Даниб исчез из вида, свернув на оживленную улицу.
– Вам, полковник, возможно, когда-нибудь придется вступить в бой с этим чудовищем, – зарычала Хорикс.
Голос Калида звучал бесстрастно.
– Да, госпожа. Я так и предполагал.
Хорикс захлопнула шкатулку ударом ноги.
– Темса невыносим! Кем возомнил себя этот душекрад?
– Что вы будете делать, хозяйка?
– Уничтожу его, вот что! Он хочет играть со мной?! Я…
– Тал! – раздался гневный вопль у нее за спиной.
Тор в парике широким шагом направлялся к ней, грозя ей пальцем. Похоже, он подготовил целую речь. Телохранители с трудом поспевали за ним. За спиной тора собралась небольшая компания покупателей душ.
– Я недоволен!
Телохранители Хорикс злобно нахмурились, но она оставила их позади и вышла навстречу тору, сжимая зонтик в руке.
– Хозяйка! – крикнул Калид ей вслед.
– Я требую, чтобы ты продала мне часть своих призраков! – воскликнул человек в парике.
Хорикс быстро подошла к нему. Возмущение ослепило тора, и он еще не понял свою ошибку. Перед собой он видел лишь старую женщину – богатую, но слабую.
– Это немыслимо… Эй, стой!..
Во мгновение ока нож выскочил из-под складок шелка и направился к ребрам тора. Все произошло настолько быстро, что его телохранители не совсем поняли, что произошло. Вдова вытащила нож и нанесла еще один удар в живот, а затем еще и еще один. Человек в парике закашлял кровью; на его лице появилось недоуменное выражение, а глаза наполнились слезами. Кто-то из торговцев закричал, и тогда солдаты и покупатели поняли, что происходит, но Калид и ее телохранители уже окружили Хорикс и ее жертву. Все остальные потрясенно наблюдали за тем, как Хорикс наносит удары, продвигаясь снизу вверх, к горлу. Когда нож стал слишком скользким и выскочил из ее пальцев, она воткнула зонтик в окровавленный живот тора и навалилась на ручку всем своим весом. Выпучив глаза, тор хрипел и булькал, но не мог произнести ни слова.
– Я же сказала – ищи дальше, – выдохнула Хорикс, прежде чем тор упал замертво.
Зарычав, вдова отошла от тора; атласный зонтик с золотым шитьем, торчавший из трупа, слегка раскачивался.
Хорикс обвела взглядом зевак, бросая им вызов. Никто его не принял – ни чиновники, ни торговцы душами, ни немногочисленные покупатели, ни даже телохранители мертвого тора, которые внезапно поняли, что стали безработными. На площади слышались только звуки шагов; квартал возвращался к обычной жизни. На лежащее в грязи окровавленное тело никто не смотрел. Махнув своим солдатам, Хорикс решительно направилась к ближайшему проспекту. Ее телохранители окружили тал, а самые бесстыжие из солдат тора уже подрались за право поработить своего бывшего хозяина.
Хорикс по очереди хрустнула каждой окровавленной костяшкой пальцев, а затем вытерла пальцы шелковым носовым платком. Калид терпеливо ждал.
– Еще одно дело для вас, полковник, и тогда сможете отдохнуть, – сказала она после паузы.
Раздался лязг: полковник щелкнул каблуками.
– Жду ваших распоряжений, хозяйка.
Она не сказала ни слова до тех пор, пока их путь не привел их к грачовнику. Он был похож на веретенообразную башню, на пугало, сделанное из найденного на улице мусора – сломанных ящиков, выброшенных шестов и веревок. Эти веревки были свернуты в великое множество мотков. Рядом с грачовником находился стол, за которым стоял сморщенный мужчина в очках. Дюжина бечевок, привязанных к его запястью, вели к ногам грачей. Над самодельными «ветвями» был натянут большой навес.
– Хотите отправить свиток, тал? – спросил мужчина.
– Точно. Дай папирус и перо.
Так он и сделал, и пока Хорикс царапала сообщение на куске папируса, положив его на колченогий, покрытый щербинами стол, мужчина намотал на запястье одну бечеву, словно на лебедку, и спустил на землю отчаянно каркающего и размахивающего крыльями грача.
Хорикс вложила папирус в руку Калида.
– Полковник, доставьте этот свиток, а затем возьмите людей и расположитесь рядом с новой башней Темсы. Раньше в ней жил судья Гхор. Будьте начеку и ждите, – негромко приказала она. Старик, похоже, был слишком занят орущим грачом, чтобы подслушивать.
Калид взглянул на папирус.
– Это смелый ход, хозяйка.
Хорикс уперла руки в боки.
