Поначалу ему и впрямь удалось слегка расслабиться. Но текли минуты, и блонди начал замечать, что с его телом творится что-то неладное и он, похоже, ничего не может с этим поделать.
Он чувствовал сильнейшее возбуждение.
Помянув крепким словцом сидр Таи, блонди несколько раз поправил в паху, но вскоре понял, что придется отправиться за Рики, чтобы он помог снять напряжение.
Идя по коридору, он ощущал, что желание нарастает как снежный ком, пока оно не стало почти невыносимым. Заметив мокрые следы, ведущие к монгреловой двери, блонди ухмыльнулся: вот и отличный повод наказать непослушного пета.
Ясон без стука вломился в комнату Рики, и тот от удивления округлил глаза.
— Эй!.. Что за дела?
— Разве я не велел тебе как следует вытираться, пет? Там по всему коридору мокрые следы.
Рики пожал плечами.
— А с чего ты взял, что это мои следы?
— Они ведут к твоей двери. Ты ослушался меня, и теперь я должен отшлепать тебя лопаткой.
— Что?!
Ясон окинул взглядом влажное тело пета, узрел крошечные обтягивающие трусики, прилипшие к мокрой коже, и внезапно передумал.
— Пожалуй… я просто возьму тебя, пет.
Шагнув вперед, блонди сгреб Рики в охапку, проник языком ему в рот, а его руки отчаянно заметались по крепкому телу монгрела.
— Святые яйца! — выдохнул Рики, когда Ясон оторвался от его губ и начал целовать шею. — Да что на тебя накатило?
— Пет, — горячо зашептал блонди, — я хочу тебя, сейчас! Наклонись над тем креслом!
— Хрен тебе на рыло! У меня всё болит!
— Рики! Ты снова мне отказываешь?
— Да, отказываю! Давай, я тебе лучше отсосу или еще что.
Блонди посмотрел на монгрела, в его потемневших глазах смешались злость и похоть.
— Когда я отдаю приказ, пет, ты его выполняешь! Наклонись над креслом!
Перевернув монгрела, Ясон принялся сам устанавливать его в нужную позицию.
— Лады, лады, — проворчал Рики. — Дай хотя бы снять сначала эти трусы.
Ясон остановился, довольный тем, что пет так быстро уступил. Он стянул с рук перчатки, и его ладони заскользили по телу монгрела вниз, к обнажившимся ягодицам.
— О, пет! — простонал возбужденный до боли блонди и начал расстегивать брюки, мечтая лишь об одном — о скорейшей разрядке.
Едва сбросив плавки, Рики неожиданно отскочил и, подарив хозяину прощальную ухмылку, бросился вон из комнаты и помчался по коридору.
— Рики!
Ясон с проклятиями рванулся за ним и настиг своего пета уже в главном зале. Он сграбастал монгрела и в ярости швырнул на обеденный стол.
— Эй! Тьфу ты! Шуток, что ли, не понимаешь? Ой! Ты меня раздавишь!
— Молчать, пет!
Одним движением Ясон очистил стол от посуды, бесценный аристийский хрусталь разлетелся осколками по всему полу. В зал влетел Таи, следом — Катце и Оди. Остолбенев, они смотрели, как хозяин завалил Рики на спину, пришпилил его запястья к столешнице и раздвинул его бедра.
Удивленный и слегка встревоженный Рики не сводил глаз с блонди, гадая, чем всё это кончится.
— Что… за хрень…
Ясон поцелуем заставил его замолчать. На мгновение он отпустил одно запястье пета, чтобы расстегнуть брюки и направить свой член к желанной цели. Рики шанс не упустил и свободной рукой уперся ему в грудь.
— Мать твою, Ясон! Я же сказал: у меня всё болит!
— Прости, любовь моя, — шепотом ответил хозяин, — но мне очень нужно внутрь!
Он снова схватил запястье монгрела, навалился сверху всем телом и вошел. Рики взвыл от боли.
— Охренел! Ты меня, зараза, в гроб вгонишь!
— О, пет! — сладострастно выдохнул Ясон, содрогаясь всем телом. — В тебе чудо как хорошо!
— Ага, зато в меня как будто конский член тычется!
Катце едва сдержался, чтобы не прыснуть от смеха, и махнул рукой остальным зрителям, чтобы они покинули зал и хозяин с петом могли сполна насладиться уединением.
Ясон всё сильнее толкался вперед, с каждым толчком издавая короткий низкий рык.
— О да! Да, пет!
Он вбивался в тело Рики с такой яростной силой, что стол под ними, казалось, вот-вот развалится. Тихая мелодичная музыка никак не сочеталась с творившимся в зале разнузданным насилием. Ясон беспрерывно стонал, рычал и издавал прочие страстные звуки, необычные для сдержанного блонди.
Мрачный монгрел упорно не желал наслаждаться процессом и уворачивался, когда Ясон пытался его поцеловать.
— Прекрати сопротивляться, Рики! — прикрикнул на него блонди.
— С чего бы это вдруг? Тебе ведь вообще на меня плевать!
Немного смягчившись, Ясон уткнулся лицом ему в шею.
— Позже я позабочусь о твоих нуждах, пет. Обещаю, — прошептал он, затем выпрямился, подтянул монгрела к краю стола и еще шире развел его бедра.
— Правда? И ты… сделаешь всё, что я попрошу? — задыхаясь, прошептал Рики, глядя на хозяина из-под полуприкрытых век. Он дышал часто и глубоко, и уже начал получать удовольствие от секса, хотя гордость мешала ему открыто это признать.
Но Ясон знал своего пета как облупленного: он с легкостью прочел желание в его взгляде и уловил нотки наслаждения в его отрывистых вздохах.
