Я совершенно не понимаю, о чем Лео думает, когда застывает без эмоций. В его извилинах сам Шерлок Холмс потеряется и сдохнет от голода, так и не выбравшись. Но я знаю, что права. Ситуация Лео на руку. Скорее всего, он уже разработал план и договорился о побеге. Когда его признают виновным, он исчезнет.
Лео уедет… навсегда.
От этой мысли все тело становится ватным, мне дурно…
– Мы с тобой и правда были близки, – тихо выговаривает Лео, выключает свет и берет меня на руки.
Его тело горячее лавы в жерле вулкана. Я плавлюсь и растекаюсь, чувствуя его жар, его пальцы на моей коже, и знаю, что должна бежать, пока не поздно, иначе снова превращусь в пепел и погибну, не выдержав нового губительного взрыва в наших отношениях.
Последний день наших отношений, как и последний день Помпеи, должен остаться картиной из прошлого.
Мы возвращаемся к кровати.
Адвокат ложится с другой стороны, закладывает ладони за голову и упирается взглядом в потолок, будто мы каждый день сидим, слушая дыхание друг друга. Я сжимаю подушку.
– Ты ходил к психиатру? – спрашиваю, утыкаясь подбородком в подушку. Ткань пахнет лавандой. – Или к неврологу?
Лео качает головой, о чем-то размышляя.
– Почему ты не обратился за помощью? – уточняю я. – Вдруг тебе вернут память. Мне сказали, что гипноз может помочь.
– Эми, – мрачнеет он, – я убивал людей. Вся моя семья замешана в криминале. А теперь подумай, насколько хороша идея пойти к гипнотизеру, когда у меня столько тайн, сколько люди за всю жизнь не слышали.
– А если найти человека, которому ты будешь доверять? Вдруг получится?
– Давай начистоту. Я помню все, кроме тебя и некоторых мелких событий. Зачем рисковать?
Я проглатываю язык. Лео терпеливо ждет ответа, пробегая взглядом по моему лицу, шее, кулону… едва я открываю рот, как мы слышим звук уведомления на телефоне.
Адвокат берет с тумбочки айфон, хмурится и набирает кому-то сообщение. Я незаметно заглядываю в экран. Зрение у меня стало ни к черту, из-за чего я пододвигаюсь чересчур близко и теряю равновесие.
Шлепаюсь прямо на Лео!
Он вскидывает брови. Я застываю, чувствуя под собой его горячее тело.
– Все нормально? Ты побледнела, – шепчет Лео.
– Я…
Боже, мозг, работай!
– Прости, – бормочу. – Прости… мне пора уходить. Мне срочно надо домой!
Сердце бьется, как барабан на бразильском карнавале.
Я вскакиваю, сама намереваясь сбежать в другую страну, подальше от взгляда малахитовых глаз, пронзающего насквозь, заставляющего неметь и растекаться лужицей.
Лео вмиг хватает меня за руку.
Не успеваю опомниться, как оказываюсь под ним. Он нависает надо мной, не позволяя выползти.
– У тебя расширены зрачки, – таинственно улыбается Лео.
– Потому что темно! – пищу я. – Это анатомия! Когда света мало, зрачки расширяются.
– Да, анатомия… анатомия желаний, – усмехается он. – Ты упрямо лжешь мне в лицо.
– О чем? – голос дрожит.
– Мужчина видит, когда девушка… им интересуется, – шепчет Лео над ухом, сжимая мои запястья. – Тебе неприятны собственные желания, это я тоже вижу и даже уважаю, но, когда человек борется с искушениями, они овладевают им сильнее. Это сложно скрыть.
– Тебе кажется.
Ага, кажется… сказала я, желая уткнуться носом в его грудь и упиваться ароматом древесного парфюма.
– А еще ты ревнуешь, – издевается он, – когда я набираю сообщение помощнице.
– С каких пор у тебя помощница?
– У меня много клиентов, но в суде я выступать не могу, так что подготавливаю документы и передаю их Мариам. Она участвует в заседаниях.
– Ты поручил кому-то свою работу? Для человека, который любит все контролировать, это героический поступок. Сильно ты ей доверяешь.
И сильно же она хочет к тебе в постель, раз в двенадцать ночи демонстрирует видимость работы. Я морщусь, осознавая, что Лео мог с ней спать. Дергаюсь. Шакал не прижимает меня, но и не отпускает, соблюдает какую-то установленную им же самим дистанцию.
– Я никогда не стану спать с девушкой, с которой работаю. Это исключено, – хмуро заявляет он, – да и после того, как меня обвинили в убийствах, я вообще ни с кем не вижусь. Не до этого мне.
– Тебе не надо никуда ехать, просто рукой взмахнешь, и девушки сами упадут в ноги.
– Ты тоже прибежишь? – хмыкает он.
– Размечтался. Слезь с меня, извращенец!
– Если пообещаешь остаться со мной.
– Какая. Тебе. Разница?
– Я не хочу, чтобы ты пострадала. А еще мне очень интересны подробности того, как ты оказалась в резиденции.
– Ты их не услышишь.
– Тогда просто пообещай не убегать.
– Не обещаю.
Усмехаясь, Лео придавливает меня сильнее.
– Ты в общежитии живешь?
– Не твое дело!
– Я тебя отвезу.
– Прекрасно. Будете со Стеллой играть в перетягивание каната. Она меня привозит. Ты отвозишь. Главное, в графике не запутайтесь.
– Стелла спрашивала тебя о Еве, верно?
– Как ты понял?
– Моя сестра не пришла на собрание. Она не выходит на связь. Вот Стелла и понадеялась, что ты в курсе ее местонахождения. Вдруг ее схватили фээсбэшники.
– Я знаю меньше, чем ты. Это твоя сестра, а не моя.
– А у тебя есть сестры или братья?
– Нет, какая разница? Слезь с меня!
– Я тебя смущаю? – невинно интересуется он.
Прижимая меня всем телом к кровати, мать вашу!
