– Ну уж нет, каждая минута все сильнее приближает меня к восходу солнца, что делает меня слабее. – напомнил призрак.
Невероятно ответственный подход делал Ротфуса незаменимым напарником, несмотря на то, что призрак, порой, превращался в невыносимого зануду.
– Вы правы. – выдохнул Ник и потер глаза двумя пальцами. – Надо работать.
С этими словами он заставил себя оттолкнуться от кресла и встать. Не стоило забывать о Цербериате, что возможно висел на хвосте. С трудом подняв сундук, чародей потащил его в сторону лестницы на чердак.
Квартиру Ника можно было бы назвать евро-двушкой, как это было сейчас модно, но все дело в том, что несколько веков назад при строительстве этого здания вряд ли знали такие названия. Скорее квартира просто имела непонятную конфигурацию. Крошечная прихожая в метр длиной тут же переходила в кухню-гостиную. В дальнем правом углу Ник обустроил себе аккуратную кухоньку с гарнитуром бледно-голубого цвета. Перед ней стоял длинный деревянный стол. Золотой мечтой чародея была идея превратить его в изысканную барную стойку, но на то мечта и золотая, что на нее не было то денег, то сил, то времени. Левая сторона комнаты была отделана под гостиную. Это была уютная зона с камином у стены, креслом, ковром и несколькими огромными книжными шкафами, что занимали почти всю стену в плоть до двери в спальню. Спальня, собственно, была совсем небольшим помещением, с парой шкафов, односпальной кроватью и письменным столом. Всякая дребедень хранилась в комодах, натыканных по всей квартире. Еще левее у самого входа располагались двери в туалет и ванную. Напротив них вверх круто забирала лестница.
Ее Ник звал «не так, ни сяк». Не вполне деревянная, не вполне веревочная, она была чистым самоделом чародея, и вела в прорубленный люк в потолке. За эти годы чародей благодаря магии так видоизменил купленные квадратные метры, что эту квартиру уже нельзя было назвать полностью человеческой, а витиеватую фамилию Ника смело можно указывать среди проектировщиков. Так появился камин – с колдовской печной трубой, но за то огнем вполне настоящим, и чердак, скорее являющийся фантомным пространством собственного производства. Другими словами, в общепринятом смысле чердака не существовало вовсе, а лестница являлась лишь магическим переходом.
Чародей поднялся по шаткой конструкции, уделяя все внимание тому, чтобы ящик не перевесил его. На верхней площадке, он поставил сундук на пол и обтряхнул руки, облегченно выдохнув. Чердак был его любимым местом во всей квартире. Именно здесь он обустроил себе лабораторию. Здесь проводил дни и ночи в сумасбродных опытах и экспериментах, отдыхая душой от несовершенств этого мира.
Ротфус легко взлетел за ним и завис посреди комнаты в ожидании. Вообще-то именно призраку чародей был обязан своему заселению. Квартиру продавали за бесценок, потому что никто не мог долго соседствовать с призраком. А Ник приехал, понял в чем дело и решил произвести обряд изгнания. В итоге, они с Ротфусом, как это часто бывает меж мужчинами, сначала чуть не убили друг друга в схватке не на жизнь, а на смерть, после чего сделались сердечными друзьями. Ник с уважением отнесся к древности призрака и его праву пребывать здесь, что даже поселил в зеркале, которое купил на барахолке.
– Минутку! – попросил Ник и сбежал вниз по лестнице. Он надел свой плотный халат и взял из кухни чашку. Работа предстояла долгая.
Уже на лестнице чародею что-то бросилось на грудь. Ник спасся от падения только за счет того, что схватился за перила.
– Вот же.... Сатана. – проворчал чародей, когда кот по-хозяйски обустроился на его плечах. Порой он ощущал себя движущейся смотровой площадкой для этого вздорного животного. Все коты одинаковы.
Стоило Нику подняться, как внизу послышался дикий грохот. Это Бруно брал с разбега высоты. По-другому лестница оказывалась для пса слишком крутоватой.
– Отлично, все в сборе. – заключил чародей, когда пес запрыгнул на чердак.
Темноту разгонял только Ротфус, который светился на манер телевизора, поэтому Ник пошарил рукой по столу и отыскал горелку. Он обеспечил лабораторию всем что нужно и только электричество не провел. Правда оно здесь было и без надобности. Для любых магических опытов предпочтительнее были свечи, как источник живого света, при чем зажжённые не магическим способом, дабы остаточные отголоски магии не повлияли на ритуал. Когда свечные языки пламени окрепли и загорелись ровно, Ник затянул пояс халата потуже. Он был ужасным мерзляком, а сюда вообще без халата заходить не стоило.
– И так, господа, сегодня у нас на повестке дня странные артефакты. – возвестил чародей, подходя к старенькому масляному обогревателю. – Поскольку они принадлежат не мне, то в любую секунду к нам может нагрянуть Цербериат и конфисковать их. Поэтому наша задача как можно быстрее понять, что это за предметы, для чего используются и главное, настолько ли они ценны, что за них можно убить.
