Максимум, где такие древности могли обитать в Калининграде, так это в «Кенигсберге 13». Под этим названием значилась тайная лаборатория Третьего Рейха, где велось изучение потусторонних материй и магии, что располагалась под нынешним Калининградом. Только вот вход посторонним туда строжайше воспрещен. Правды ради, чародей иногда наведывался туда, потому что дружил с хранителем колдовских катакомб, которому отдавал бесхозный магический инвентарь, но это была тайна за семью печатями. Другим там уж точно было нечего делать.
Ротфус только пожал печами под святящейся накидкой. Да, в этой истории вопросов было больше, чем ответов. Ник почесал подбородок и отложив чашу ненадолго, перешел к следующему предмету.
– А это неужели драконья кольчуга?! – поразилось привидение при виде следующего заклада. – Да, черт побери, она самая!
Ник развернул кусок ткани и приложил к себе. Конечно для его тощей и долговязой фигуры, она могла послужить разве что свободной туникой, но то что это нательная одежда, сшитая из пластинок чешуи сомнений, не оставляло.
– Она огнеупорная? – уточнил чародей. – А, ну-ка проверим…
Так они сидели и перебирали артефакты. Ник прихлёбывал чай и поражался закладам, где один был другого краше. Ротфус летал из стороны строну, заложив руки за спину и размышлял в слух. И чем больше чародей исследовал артефакты, тем, сильнее в его душе разгорался алчущий пожар. Представляя, как мог бы успешно использовать эти артефакты, он не мог удержаться от того, чтобы еще раз не коснуться той или иной вещи. Действительно, как было бы удобно…
Ник сам не заметил, когда его мыслям стали вторить голоса. Едва слышный многоголосый шепот крепчал, пока не стали отчетливо слышны слова. Деньги, власть, сила, слава, могущество – доносилось с разных сторон. Желудок провалился в ноги, а по виску скатилась капля холодного пота.
– Вы слышите это? – спросил Ник, помотав головой по сторонам. Оставалось надеялся, что он случайно не выпустил из сундука парочку беглых духов.
Ротфус недоуменно покрутился вокруг своей оси.
– Нет, о чем это вы? – озабочено перепросил он.
– Голоса, которые шепчут…
Чародею становилось все труднее абстрагироваться, они наводнили его сознание и глушили собственные мысли. Он мотнул головой, как бы желая вытряхнуть их через уши:
– Не важно.
Инстинктивно Ник схватился рукой за талисман, висящий у него на шее. Из всего великого множества оберегов, подвесок и амулетов, что использовали другие чародеи, он имел лишь только одну такую вещицу. Это был классический символ равновесия – переплетение инь и ян, чёрного и белого, мужского и женского начала, что родом из Китая. Плоский диск на серебряной цепочке был единственной вещью, что пришла с ним из другого мира и Ник берег ее, как зеницу ока. Талисман помогал контролировать свои силы, напоминал о словах старика Грайзера– чти равновесие и стремись к свету.
Призрак обеспокоено сморщил брови:
– Может быть вам пора отдохнуть, Ник?
То ли так работала психосоматика, толи амулет источал свою собственную силу, но стоило чародею его коснуться, как голоса начали утихать. Однако продолжали шелестеть где-то на периферии сознания, помимо его воли. И они говорили… разные вещи они говорили. Соблазнительные, притягательные, манящие.
– Ну так и? – поторопил Ротфус.
– Что? – рассеянно переспросил Ник.
Призрак по-отечески улыбнулся:
– Вам точно нужно поспать. Я спрашивал, долго нам еще?
– Нет, не очень, – спохватился чародей. – досмотрим оставшееся и тогда уже отдохнем.
Он понимал, то прерываться нельзя. Он не успеет все проанализировать, если сейчас заснет.
Еще через полчаса Ротфус неуютно поёжился, замерцав помехами, когда яркий едва коснулся его. Ник удивленно уставился в окно. Солнце. Первые лучи довольно уверенно пробив облака, теперь беспардонно силились проникнуть в комнату через шелк в шторах. Чародей коротко взглянул на будильник. Начало девятого. Замечательно. Понимая, что спать ему остается опять два часа Ник поднялся с места.
– Спасибо за помощь, Ротфус, – искренне поблагодарил он.
К тому моменту Ник выпил четыре чашки крепкого чая, но все равно с трудом удерживал глаза в открытом состоянии. Но несмотря на это, душа его радостно пела от удовлетворения. Так случалось всегда, когда ты завершал какое-нибудь важное дело в срок и это ощущение было ни с чем не сравнимо. Призрак раскланявшись отправился в зеркало. Конечно же сон ему уже не был нужен, но призраки теряли почти все свои силы при свете дня. И если ночью, они вольны были даже устраивать маленькие вмешательства в человеческий мир, манипулировать материями, ронять вещи, стучать дверьми, то днем не всем удавалось сохранить энергию для существования. Жизнью то это не назовешь. Он пошел восстанавливать свой энергетический ресурс, а Ник завел будильник на 11 часов и упал в кровать. Часа должен было хватить на сборы.
