Какой-то непослушный или тормознутый бородатый мужчина тянет из ножен саблю. Взмах левой рукой и тесак вонзается в грудь слишком смелому пирату.
— Сдавайтесь! — дублирует прыгнувший следом Тимоня на немецком, шведском и датском. Семеро здоровых, вооружённых мужчин, становятся на колени и снимают с себя оружие…
Капитан много слышал о знаменитом "Грифоне". Многие называли его лучшим воином Европы, хотя опытные вояки относились к таким заявлениям с некоторым скепсисом. Однако сейчас… Абордажный мостик едва успел опуститься на палубу шлюпа, как принц оказался на его борту и загремели выстрелы. Ещё пара секунд – и по мостику пролетел денщик и офицеры свиты. Да какой, нахрен, свиты! Свита – это что-то надушенное, в париках… Эти же – голодные волки, увидевшие раненного оленя, во всяком случае, на абордаж они ринулись с явственным рычанием.
Не сплоховал и сам капитан со своей командой – люди все бывалые, опытные, успевшие повидать… всякого. Но дел им на палубе практически не было – так, добить покалеченных да связать пленных. Когда он вбежал на вражеский корабль, осознанного сопротивления уже не было.
— Чёрт, — боцман медленно засунул в ножны морской палаш и озвучил общее мнение, — да я штаны расстёгиваю медленней, чем эти волки берут корабль на абордаж!
Вскоре в трюм спустились моряки с брига и пленных оставили на их попечении, Грифич же поднялся на палубу, где заканчивалась зачистка.
— А хорош русский метод! — обратился к нему довольно жмурившийся капитан, — у моих ребят даже раненных нет, только Свен вот ногу сломал, да Михель искупался.
— Все живы, мой князь, — коротко доложил Владимиру подошедший офицер свиты, — пираты не ожидали сопротивления и не успели подготовиться.
— Да всё они ожидали, — хмыкнул Вольгаст, оценивая картину на палубе, — просто они не ожидали наткнуться на нас.
Личный штандарт* Знамя, означающее, что на борту судна присутствует правитель или какой-то очень знатный вельможа, имеющий право поднимать такой штандарт. Что-то вроде дипломатических номеров в современном мире.
Русский метод!** Что уж греха таить – русский флот в то время был далеко не самым сильным. Собственно говоря, опыту неоткуда было взяться – Балтика была под Швецией и Данией, Чёрное море – под Турцией. Так что героические победы русского флота пусть и были, но по большей части не благодаря умелому маневрированию, а абордажам. Вместо того, чтобы долго кружить и обстреливать друг друга (что могло продолжаться СУТКАМИ), русские моряки моментально шли на сближение и… Обычно побеждали.
Насильно "мобилизованный" Ганновером – и это при том, что был гражданином другого государства!*** Уже писал, но повторю ещё раз – нормальное явление в те времена. Да что говорить, если такой "мобилизации" в своё время не избежал сам Ломоносов, учившийся в Германии…
Индивидуальные щиты из гамаков и всякого мягкого барахла**** Даже сейчас мешок с шерстью или большая, туго набитая перьевая подушка, защитят от пули.
Происшествие с пиратами закончилось без малейшей трагической нотки и каких-либо осложнений. Люггер после абордажа подойти так и не решился – один из моряков от избытка дурного рвения поднял флаг князя. Ну а дальше было конвоирование захваченного судна назад на Рюген – где он стал в строй в качестве самого грозного (аж восемь пушек среднего калибра!) военного корабля герцога, быстрый суд и виселицы большинству выживших. Несколько человек пополнили ряды немногочисленных каторжан,* а парочку так даже отпустили – выяснилось, что на судне они находились не по своей воле, случай не такой уж редкий.
Установить личность заказчика не получилось – то ли знающих людей порубили/постреляли при абордаже, то ли они находились на люггере, то ли ещё что, но никаких внятных следов попросту не было – и это при том, что каждого из выживших Рюген допросил самостоятельно, "включая" при этом экстрасенсорику. Судно приписано к одному из портов Швеции, но в остальном – глухо. Обычный мутноватый интернациональный экипаж, подряжающийся практически за любые сделки – по Балтике таких полно.
Долго не задерживались и после короткого расследования и ещё более короткого суда, отплыли в Петербург. Как выяснилось, известие о нападении пиратов уже достигло столицы…
— Цел!? — с такими словами встретила его жена прямо с порога.
— Цел, всё нормально, — ответил несколько растерявшийся князь, а Наталья молча обняла его и расплакалась от облегчения. Новость дошла в изрядно покорёженном виде и после прочтения нескольких заметок он понял, почему супруга так волновалась – лучшие традиции желтой прессы, мать её…
Оставлять нападение безнаказанным он не мог и потому быстро подключил свою агентуру. Пусть до настоящей спецслужбы "Сеть" не дотягивала, но только в России под его прямым и косвенным патронажем находилось свыше семисот подданных, да плюс бывшие сослуживцы, да "облагодетельствованные" преподаватели, "спасённые" в своё время от Сибири, плюс европейские знакомства и давние контакты с Тайной канцелярией…
