Он очень радовался, что Кроха идёт с ними. Пока следишь, чтобы она не упала, некогда думать, что скоро тебе отрываться от земли и лететь по воздуху.
А понравилось ли им с бабушкой летать или нет – об этом ты узнаешь в следующей главе.
Погода была пасмурная. Бабушка совсем расстроилась. Она всю неделю только и мечтала, как они в лучах солнца будут лететь над горами и долами. Но что поделаешь. Билеты куплены, и вот стоит автобус, который отвезёт их в аэропорт.
Сначала бабушка подошла к стойке и показала их билеты. У них тут же забрали чемоданы, сказали, доставим и отдадим вам по прилёте. В самолёте, оказывается, есть отдельный отсек специально для чемоданов.
Уле-Александр вообще-то готов был таскать свой чемодан сам.
– Ещё потеряется, – сказал он с сомнением.
– Не волнуйся, – успокоила его мама. – Чемодан прилетит вместе с тобой, вот увидишь. Давайте садиться в автобус.
У мамы, бабушки и Уле-Александра было по своему отдельному месту, а Кроха сидела на коленях у брата, вернее, крутилась и прыгала.
– Ту-ту-ту, – говорила она.
– Кроха, скажи – самолёт, – попробовал научить её Уле-Александр.
– Са-а-ёт, – сказала Кроха.
– Нет, не так. Самолёт.
– Са-а-ёт, – повторила Кроха.
– А ехать в этом автобусе тоже хорошо, да, бабушка? – сказал Уле-Александр. – Вот бы он раз и взлетел!
– Ох уж да, – сказала бабушка как-то рассеянно. Она вообще была сегодня задумчивая. Но это неудивительно: сегодня ей предстоит впервые в жизни подняться в воздух!
Автобус выехал из города и покатил по шоссе. Потом впереди показался аэродром. На поле стояли маленькие самолётики и большие самолёты.
А вдруг им достанется такой малюсенький? Они в нём и не поместятся, наверно. Нет, только не это. Уле-Александр хотел лететь на большом самолёте.
Автобус остановился, и они вошли в чуднóе круглое здание. Здесь был ресторан и огромный холл, а в нём множество людей. Голос в громкоговорителе сказал:
– Пассажиры в Америку. Ваш самолёт готов к вылету.
Бабушка и Уле-Александр переглянулись и покачали головами.
– Это не наш, – сказала бабушка. – Мы летим не в Америку.
– У вас ещё много времени, – заметила мама. – Посадка через полчаса, пойдём выпьем кофе в кафе.
Уле-Александр навострил уши и смотрел во все глаза, чтобы ничего интересного не пропустить. Все дни ожидания он почему-то думал, что полетят только они с бабушкой. А тут столько народу, и все куда-то летят.
Сидеть и чего-то ждать Уле-Александр очень не любил. Ему принесли молоко и вкусную булочку с кремом, но есть он опасался. Сейчас только он набьёт полный рот, как скажут, что пора прощаться с мамой и Крохой. Тут недолго и поперхнуться. Или вообще не в то горло попадёт.
Недалеко от Уле-Александра сидел пожилой господин и читал газету. Уле-Александру не было его видно, а то бы он очень удивился: господин читал газету вверх ногами.
Если он вообще её читал, а не просто прятался за ней.
Наконец голос в громкоговорителе объявил их рейс.
Бабушка встала, но Уле-Александр уже тянул её за пальто и хотел бегом бежать в самолёт.
– Тебе надо сейчас попрощаться с нами, – сказала мама. – Мы не можем проводить вас дальше. Вы пойдёте в самолёт, а мы помашем вам отсюда из-за ограждения.
– Понятно, – кивнул Уле-Александр. – До свидания, мама. Не скучай. Я скоро вернусь к тебе. Кроха, до свидания!
Кроха очень огорчилась, что старший брат улетает. Уголки губ у неё опустились, лицо скуксилось, из глаз потекли слёзы.
– Кроха, я привезу тебе диковинный заморский подарок, – пообещал Уле-Александр, и это помогло: Кроха повеселела.
Бабушка и Уле-Александр вышли на лётное поле. Самолёт уже стоял и ждал их. Это был большой самолёт, и Уле-Александр обрадовался. В нём, конечно, хватит места не только для них с бабушкой, но и ещё для кого-нибудь.
По очень узкой лесенке, похожей на трап, только задранный высоко наверх, они поднялись в самолёт. Здесь рядами стояли кресла – очень красивые кресла. Уле-Александр побежал и сел у окна, а бабушка устроилась рядом с ним.
– Может, надо пустить тебя к окну? – спросил Уле-Александр.
– Нет, мне и так хорошо видно, – ответила бабушка. – Ну всё, Уле-Александр, теперь мы точно полетим, передумывать поздно.
Мама с Крохой стояли на поле за ограждением, мама махала и махала им не останавливаясь. Уле-Александру вдруг стало очень её жалко: она наверняка тоже хочет в полёт – и он изо всех сил замахал в ответ.
В самолёт между тем набилось очень много людей, и теперь все они рассаживались по местам.
Пожилой господин, читавший газету вверх ногами, тоже летел этим же самолётом. Он сел позади Уле-Александра и бабушки. Если б они оглянулись, то господин поспешно закрыл бы лицо газетой, опять повёрнутой вверх ногами.
Но Уле-Александр ничего этого не заметил, он смотрел в окно и махал маме с Крохой.
Задраили дверь, пришла дама в красивой форме и пилотке набекрень и сказала:
– Пристегните ремни!
– Это стюардесса, – объяснила бабушка. – Лучше мы сделаем, как она говорит.
